Я посчитал деньги, все было ровно так, как говорил барыга — купюры совпадали. Я считал все на камеру, чтобы никаких вопросов попросту не осталось. Барыга не мог знать номинал и количество купюр, если не давал бабки сам. Это были деньги, полученные взяткой за крышевание барыг.
— И как часто вы ему платили? — спросил я у барыг.
— Каждую неделю, признался тот.
— А я еще думаю откуда у него деньги на «Гелендваген», вон у опорного пункта стоит, — хмыкнул Леша. — Твой?
Я тоже видел у опорного пункта «гелик», но даже в голову не могло придти, что это машина участкового.
— Паш, звони адвокату, мы этого товарища до конца обработаем. Оборотень в погонах, не иначе, — Леша обернулся к брату. — Вот такие правоохранители у нас работают в органах, которые крышуют торговцев ядом. Ну что, есть что сказать в свое оправдание, товарищ участковый?
Мент испугано озирался, губы его что-то шептали, но ни одного внятного слова так и не прозвучало. Глаза закатились вверх, и он тяжело осел на пол, потеряв сознание. Видимо, нервы окончательно не выдержали происходящего. Понимал какое будущее его ждёт.
Некоторое время в комнате стояла полная тишина. Барыги угрюмо смотрели под ноги, а я вновь мысленно отметил, что в новом мире двадцать пятого года оборотни в погонах мало чем отличались от тех, с кем я сталкивался в девяностых.
Впрочем, судя по тому, как оперативно Леша и Паша действовали сейчас, времена все-таки изменились. Закон стал работать иначе, жестче и четче. И теперь уже никто не собирался спускать подобные вещи с рук. Это не могло не радовать, что управа нашлась и на борзых ментов, подчас ведущих себя, как небожители. Камера и достаточное количество подписчиков опускали таких с неба на землю. Жаль только не у всех есть нужно количество «подписоты»
— Скорую надо звонить, — вздохнул близнец Паша. — Не хватало только, чтобы товарищ оборотень избежал ответственности из-за инфаркта миокарда.
Блогер набрал номер скорой и поднес динамик к уху. Я же заметил, как пару раз моргнули глаза у участкового. Вот же колорадский жук, блин!
В свое время я бы нашел способ, как быстро вывести мента на чистую воду и вскрыть блеф. Но увы, былые способы не совсем подходили, когда на камеру идет запись. Да и сотрудник пока что при исполнении.
Думал я недолго, и как ни в чем не бывало, проходя мимо участкового, хорошенько наступил ему на мизинец.
— Здравствуйте, скорая? На нужна карета по…
Близнец не успел договорить, потому что по квартире разнесся вопль мента.
— Ай, встань ты мне палец сломаешь! — заверещал он.
— Ой, не заметил, — я убрал ногу.
Тот схватился за мизинец, прижимая его к груди.
— Кажется скорую уже не надо? — я подмигнул менту.
— Простите ю, вызов отменяется, — близнец бросил трубку.
В подъезде послышался уверенный топот шагов, и в квартиру стремительно вошла следственно-оперативная группа. Впереди всех шагала майорша лет сорока с жестким взглядом и властным видом. Нарощенные ресницы, губы-вареники и волосы по талию. Естественно, на высоченных каблуках. Зато в форме сотрудника полиции.
Окинув помещение цепким взглядом, она сразу определила меня как старшего и сухо спросила.
— Что здесь происходит?
— А вы кто, стесняюсь спросить? — спросил я у нее.
— Майор полиции Пигалица Кристина!
Она достала удостоверение и сунула мне чуть ли не в лицо. Я пальцем отодвинул от себя корочку. Хотелось сказать, что в мое время так девочки на панели выглядели, но сейчас мода такая.
— Что происходит вами получено в сообщение в дежурку, — спокойно объяснил я. — Возможно речь об уголовных преступлениях. Хранение и распространение наркотиков, взяточничество и превышение служебных полномочий.
Она холодно смерила меня взглядом сверху вниз и спросила с явной подозрительностью.
— А вы тут вообще при чем? Кто такие будете?
— Мы неравнодушные граждане, — спокойно вмешался Паша, направляя на нее камеру телефона. — Фиксируем все происходящее на видео.
Майорша на секунду сжала губы, явно понимая, что спорить сейчас не в ее интересах, и быстро сменила тему.
— А где участковый?
— Я-я т-тут, — заикаясь, чуть ли не плача, протянул оборотень, сидевший за диваном.
— Только теперь он уже не участковый, а оборотень в погонах, — вставил ремарку Паша.
— Это в каком смысле? — осторожно переспросила Пигалица, нахмурившись.
— За деньги барыг крышевал. Купюры прямо в кармане у него нашли, — пояснил я.
— Все записано на камеру! — заявил Паша.
Майорша брезгливо скривилась и тут же резко повернулась к своим сотрудникам.
— Так, все понятно. Обухов вызывай скорую. Все лишние немедленно покидают место происшествия!
— Это вы сейчас серьезно? — удивленно спросил я. — Я вообще-то заявитель.
Кристина натянула на лицо профессиональную улыбку и произнесла тоном, не терпящим возражений.
— Покиньте помещение, гражданин. Это мое законное требование как сотрудника полиции. Дальше будем разбираться уже без вас.
Я нахмурился и сначала не сдвинулся с места, собираясь протестовать, но тут Паша осторожно, но настойчиво взял меня за локоть.
— Пойдем, Сань, все нормально, я потом объясню тебе. А то сейчас тебя по девятнадцать два в отдел увезут.
