— Не суетись так, Джесси. У отца все хорошо.
— Но он же промерз до костей, мисс Эстер! — возразила Джесси. — Под таким дождем любой промерзнет! Вот, сэр, выпейте бренди… Всего капельку.
Озадаченная неистовой заботой служанки, Джудит заметила:
— Джесси считает, что все болезни человечества вызывает холод. Разве не так, Джесси? По ее мнению, бациллы тут совсем ни при чем.
— Вы можете насмешничать сколько угодно, мисс, — парировала Джесси, — но я сама видела, как младенцы умирают от озноба.
Джудит с улыбкой посмотрела на отца и спросила:
— Разве вы младенец, отец?
— Благодарю, Джесси. Я вполне согрелся, — заверил преподобный и предупреждающе посмотрел на Джудит, которая тут же надулась, словно отшлепанный ребенок.
Экономка между тем налила из кувшина немного укрепляющего настоя сестрам, которые уселись на диванчике напротив отца, и, выходя из комнаты, сказала:
— Ужин через двадцать минут. Я позвоню в колокольчик.
Преподобный обернулся к Джудит:
— Тебе не пристало насмехаться над Джесси. Она хорошая и добрая женщина, которая любит вас с сестрой, как собственных детей. Каким бы ни было наше положение в обществе, все мы дети Господа и достойны Его милосердия… — Тут он хлопнул себя ладонью по лбу. — Батюшки! Совсем забыл! Эстер, будь добра, сбегай к Джесси и предупреди, что у нас к ужину будет гость.
Эстер встала и вышла из комнаты, а Джудит спросила:
— И кто же нас посетит, отец?
— Молодой инженер, который живет у миссис Барнет, шотландец, мистер Маклин. Я сегодня встретил его в порту. Он наблюдает за установкой какой-то новой огромной прокатной машины на заводе на Спон-Лейн.
Джудит вспыхнула:
— Отец, если ты пригласил его ради меня, то я вовсе не желаю снова видеть этого человека.
Преподобный примирительно улыбнулся:
— Он славный и уважаемый юноша, и его услуги очень востребованы в наших местах, а родных у него здесь нет. Должно быть, бедолаге очень скучно коротать каждый вечер в обществе миссис Барнет…
— Отец, он просто до ужаса скучен, — перебила Джудит. — А руки у него вечно в грязи и мозолях от возни с чугунными чушками и сталью, или что он там ворочает целыми днями. К тому же он пресвитерианин…
— Мистер Маклин очень интересный человек, Джудит, и первоклассный математик. К тому же он составит компанию мне, а не тебе, милая моя девочка. Я иногда ощущаю некоторую потребность в общении с джентльменами, живя в обществе одних лишь дам.
— Тогда пусть он тебя и терзает своими разговорами о поршнях и передаточных числах, отец. А я просто не буду обращать на него внимания.
Преподобный рассмеялся и отхлебнул бренди.
Эстер вернулась в комнату, и ей сообщили о госте.
— Он высокий, и у него довольно красивый голос, хотя произношение немного странное, — сказала старшая сестра. — Я сяду рядом и развлеку его, отец.
— Не сомневаюсь, — кивнул преподобный, вставая.
— Отец, раз уж мы говорим о гостях, — заторопилась Джудит, — мы с Эстер хотели бы как-нибудь днем пригласить к нам на чай Энни Перри. Она замечательный ребенок и достигла невероятных успехов за эти месяцы. Но ей не хватает немного… воспитания. Ей полезно увидеть и почувствовать на себе манеры изысканного общества. Мы с Эстер считаем, что общение с людьми иного круга пойдет девочке на пользу.
— Энни живет в совершенно омерзительном мире, отец, — добавила Эстер. — Ее совсем маленькой продали Биллу Перри, и она ничего не видит в жизни, кроме пьянства, жестокости и нищеты.
— Но зачем ей манеры? — удивился преподобный. — Какой цели они послужат? Какая польза девочке от общества, частью которого ей никогда не стать и которое…
— Зачем тогда вообще ее учить, отец? — пылко возразила Джудит.
— Мы навсегда укоренены в той земле, из которой выросли, дитя мое.
— Значит, в том, чтобы помочь ребенку стать лучше, нет никакого смысла, никакой цели? — спросила Эстер.
По решительным взглядам девушек преподобный понял, что его непременно загонят в угол и расставленной ловушки не миновать. Он направился к двери:
— Об этом мы поговорим позднее, когда нас покинет сегодняшний гость.
Элайджа ушел в свою комнату, чтобы переодеться к ужину, а Эстер и Джудит сели у камина. Сестры немного помолчали, а потом старшая спросила:
— Как ты считаешь, Джудит, мистер Маклин симпатичный?
Та на мгновение задумалась.
— Боюсь, я и в самом деле считаю его симпатичным. Если бы он еще почаще молчал… Надо признать, он хорошо сложен. У него крупные руки…
— Вечно грязные от угля и железа, как у гвоздаря, — хихикнула Эстер. — А еще он так смешно выговаривает «р» — будто воробей чирикает: «Будьте добр-р-ры, пер-р-редайте мне масло, мисс Эстер-р-р».
Зазвенел колокольчик, и до девушек донесся голос Джесси, которая встретила гостя и проводила его в дом. Дверь гостиной открылась, и Джесси ввела мистера Маклина внутрь.
Он и в самом деле был высок, широкоплеч и хорошо сложен, густые светло-каштановые волосы молодой человек зачесывал назад, открывая красивый лоб. Волевой подбородок украшала коротко стриженная бородка. Он неловко остановился при виде сидящих сестер.
