Утром Уолтер Симмонс пошел на работу со скверным предчувствием, которое угнездилось у него во внутренностях и, кажется, с увлечением их глодало. От зрелища Агаты сидящей на диване и не отрывающей взгляда от подмигивающего розового кристалла у себя на пальце, ему легче не стало. Она ему даже до свиданья не сказала! Вечером Уолтер домой не пошел – а пошел вместо этого в библиотеку и целых полтора часа копался там в секции «Демонология»… пока не нашел то, что искал.
– Ага, – тихо сказал себе Уолтер.
И продолжил читать.
…
Тяжело сглотнув, Уолтер Симмонс прочел следующие несколько строк. После чего вскочил и спешно покинул библиотеку; его коротенькие толстые ножки так и мелькали, а глазки перепуганно таращились в ночь.
Теперь понятно, кто был этот разряженный в пух и прах незнакомец.
Теперь понятно, что это за кольцо.
И кроме того ему было совершенно ясно, что случится, если Агата наденет его завтра в церковь.
Когда он прибыл домой, Агата лежала, свернувшись, на диване и все так же завороженно пялилась в кольцо. Она подняла взгляд и подарила мужу сонную улыбку.
– Ах, ты уже дома?
Уолтер заморгал.
– Погляди, Уолт! Погляди на мое новое манто.
Он мельком посмотрел на новое меховое манто и кивнул.
– Да, дорогая. Очень мило.
– Погоди пока они увидят меня в нем завтра в церкви. И с этим кольцом, разумеется.
Она улыбнулась, предвкушая…
Что и говорить, вела она себя странно.
– Агата, дорогая, – прошептал он почти через силу. – Послушай меня. Твое кольцо… Не надевай его завтра в церковь.
– Почему это? – Она посмотрела на него уже с куда более знакомым выражением.
– Потому что… Оно плохое, Агата. Злое. Милая, окажи мне эту услугу, прошу.
Она отсутствующе кивнула.
– Пожелай, – сказал он. – Пожелай, чтобы ужин был готов – прямо сейчас.
Ее губы шевельнулись. На мгновение кристалл на пальцы вспыхнул неземным сиянием, и Уолтеру привиделось, как что-то красное прошмыгнуло в сторону кухни, а потом обратно.
– А теперь, – выдавил он, – пойдем в кухню.
Он, в принципе, ожидал увидеть нечто подобное, но зрелище все равно вышло довольно пугающее.
Жаркое было готово, стол – накрыт, картошка – превращена в пюре, салат – смешан. Только садись да ешь!
– Вот, – слабо проблеял он. – Видишь?
Агата улыбалась.
– Конечно, вижу. Это все кольцо.
Уолтер попробовал задавить черный вал паники в зародыше. Получилось не очень.
– Значит, ты от него избавишься, правда? Продашь или…
– Ну, конечно, нет. Оно мне нравится. Такое… интересное.
Она все так же неотрывно глядела в камень.
Весь ужин Уолтер попеременно то спорил, то молил, то канючил – но все тщетно. Агата полюбила кольцо. И завтра определенно собиралась надеть его в церковь, нравится это Уолтеру или нет. Точка.
А наутро в церкви все соседи были просто уничтожены новой шубой Агаты. Под их ахи и охи она вертелась и так, и сяк, сияя загадочным и небрежным выражением лица. На Уолтера снизошел какой-то тупой фатализм. Он не огрызался даже на самые ядовитые реплики жены и почти не обращал внимания на ее обычные «
Тем временем служба неторопливо перевалила на второй час, и Агата почему-то перестала его шпынять. Теперь она снова как загипнотизированная смотрела в кристалл у себя на пальце. Уолтер вспомнил, что прочел вчера в библиотеке, и покрепче зажмурил глаза. Перестать дрожать у него никак не получалось.
Псалмы закончились. Пастор повернулся к конгрегации и воздел длани в благословляющем жесте.
Ну, вот и оно. Уолтер затаил дыхание.
– Во имя Господне мир да пребудет со всеми вами! – прогремел пасторский глас.
Агата рядом заледенела. А потом закричала – совершенно жутко.
