Я было дёрнулся к нашему товарищу. Но чужой окрик остановил уже на втором шаге. А потом я и сам увидел, как вода вокруг его головы окрашивается в тёмный цвет. Кровь тугими ручейками стремительно вытекала из глаз, ушей, носа и рта мужчины.
— Да уходим же! Погибнешь!
В чувство меня привёл не столько крик спутника, сколько второй удар водяным плевком. Я повторно оказался на земле и проехал по слою из воды и грязи почти до самого дерева. В чём-то даже повезло. Не понадобилось тратить время на то, чтобы добраться до наших вещей. Мне хватило десяти секунд, чтобы спрятать в кольцо вещи. Попутно прихватил сколько-то ядер. А затем со всех ног бросился в лесную чащу, нагоняя Каххала, которого уже и след простыл.
Я вновь остался один. В джунглях, в темноте да под проливным дождём, оглушённый и ослеплённый грозовыми раскатами. Мало того, не нашел Каххала. Так и мчался первое время голым. В том виде, в каком меня застало нападение водяных духов. Спустя несколько минут бешеного спринта остановился на краткий миг, чтобы натянуть обувь и штаны с рубашкой. И вновь продолжил бег. Просто чудом не свалился в яму, не наткнулся на хищника или монстра, пережидающего бурю в укромном месте, не напоролся на острый сук или камень и так далее. Этим вечером судьба меня хранила, как инкассаторы крайне ценный груз в своём броневике.
Буря стихла ближе к полуночи. К этому моменту я отыскал убежище среди скал в виде небольшого пустого грота. Вход в него располагался под небольшим углом, что препятствовало попаданию внутрь воды. Плюс пол совсем чуть-чуть поднимался до середины грота. Благодаря чему вода из предбанника вытекала наружу, а не собиралась внутри.
Рейда с Мей дали мне немало опыта, которым должен владеть достойный путешественник. Так в моём кольце с тех пор поселились несколько вязанок толстых и полностью сухих сучьев. Благо, что внутренний объём амулета позволял их хранить без проблем.
Мысленно похвалил себя, что утром не стал лениться и набрал хвороста в лесу, а не вытащил свои запасы топлива. Сейчас оно оказалось очень кстати. Уже через десять минут я грелся у жаркого костра, переодетый в сухую одежду, а мокрая старая сушилась. Для этого я настругал крепких щепок, вбил из в трещины в скальной стене рядом с костром и на них повесил своё шмотьё. Стоит ещё сказать, что стирать её не пришлось. Вся грязь, которую собирал при падении во время бега, тут же смывалась мощными дождевыми струями.
В качестве примитивной сигнализации я сложил несколько шатких пирамидок из камней на входе. Сейчас, когда дождь прекратился и звуки бури стихли, любой резкий звук выдернет меня из дремоты. Также натянул несколько бечёвок на разной высоте, закрепив концы на всё тех же щепках в трещинах. Если в темноте пирамидки ещё можно различить, то вот растяжки были невидимыми. Всё какая-то защита и фора для меня в десяток секунд. Ужинал всухомятку, чтобы не сигналить на всю округу запахом готовящейся пищи. Например, дым от костра ещё можно посчитать за подожженное молнией дерево. А запах жареного мяса? За убитую молнией косулю? Да на такую версию сбегутся все окрестные хищники. А оно мне нужно? Вот то-то и оно.
Выспался замечательно несмотря на то, что сон был очень чутким и регулярно по два-три раза в час я открывал глаза, чтобы прислушаться к окружающему миру. После пробуждения по-быстрому перекусил, переоделся в высохшую одежду и выдвинулся в путь.
Идти приходилось очень осторожно. Сейчас я благодаря действиям чёртовых демонопоклонников оказался в крайне опасных землях. Намного опаснее чем тогда, когда моя душа перенеслась в тело погибшего воина в разгар битвы у Чёрного Столпа. Вчерашнее столкновение с водяными духами и элементалем это доказало.
На третий день я увидел знакомое свечение в ночи на востоке и сразу же свернул к нему. На месте был в конце дня за час-полтора до сумерек. Сразу же в глаза бросились отличия растений рядом с храмом. Цвет и сочность листвы и травинок приятнее глазу, почти не было больных и сухих. Никаких сломанных веток, искривлённых стволов и наростов. Будто ухоженная аллея или парк, за которым постоянно смотрит армия садовников. Этот «сад» окружал широким трёхсотметровым, плюс-минус, кольцом храмовый комплекс, подходя вплотную к стенам.
Защитные стены выглядели так, будто их строили пресловутые эльфийские зодчие с тысячелетней практикой. При этом точно было видно, что это не просто ограда, а мощная линия обороны. Стена возвышалась над землёй не меньше чем на пятнадцать метров. Была густо усажена выступающими башенками для стрелков, специальными выступами и отверстиями для оборонительных боевых устройств. Некоторые башенки напоминали полукруглые крытые балконы.
