Рассмотрел лежащие в ящике книги. Не ошибся, здесь пособия по зельеварению — самые редкие и ценные экземпляры. Хватало книг и по другим направлениям, но что-то мне подсказывает, что целью кражи была любимая алхимия. Люди не из Крайслеров, скорее сторонняя банда, которую, если поймает охрана лицея, не жалко. А если получится и украдут книги, то можно и под нож пустить, чтобы не болтали.
Что ж, — подумал я, оглядывая воров, — по крайней мере, теперь они останутся живы и смогут ответить на вопросы городской стражи.
Я остановился, внимательно рассматривая лежащих на полу грабителей. Потом — ящики. Снова грабителей.
Передо мной лежит уникальный шанс, мысли о котором я раньше отгонял. Эти ребята сами преподнесли мне на блюдечке интересный шанс.
В конце концов, почему бы и нет? — мелькнула мысль. — Я ведь не собираюсь присваивать литературу навсегда. Просто одолжу на время, прочту и верну обратно. Можно считать, что я эти книги наоборот спас — воры уже здесь, книги уже частично упакованы, и если бы не я, их бы никто не остановил. Я просто воспользуюсь ситуацией.
Телепортация на длинные расстояния отслеживается, но я и до предупреждения прыгал в лес, поздновато быть осторожным. Да и вообще — расстояние от города должно более-менее защищать. «Дворецкий» меня в городе находил, а за ним даже направления лагеря указать не мог. «Не знаю точно, где вы прятались последнее время» говорил он, причем в городе находил меня довольно быстро. Может быть, сам пользовался теми же инструментами, на наличие которых у Крайслеров и городских властей намекал.
Подхожу к полке, с которой преступники уже убрали часть томов. Осторожность и скрытность ушли на второй план: теперь я действовал быстро и решительно. Торопливо перебирая стопки книг, я выбирал наиболее редкие и ценные руководства по алхимии, добавляя их в ящики один за другим. Зельеварение мне весьма пригодится. Однако, раз уж такое дело, стоит изучить и книги по массивам печатей. Гулять так гулять!
Я повернулся и направился к дальним полкам библиотеки, где хранились массивные трактаты по руническим массивам и печатям. Быстро пробегая глазами по корешкам книг, я выхватывал самые сложные и замысловатые из них, те, которые обычно никто не брал из-за невероятной сложности понимания. Возбуждённо перебирал книги, прикидывая, что мне точно пригодится! Возможно, там будут заметки о массивах для экранирования Ци на области?
Вспомнить только о духовных растениях, которые я выращивал у Циншуя. В городах их никто не выращивает, но если я освою массивы для экранирования энергии Ци, я смогу спокойно выращивать редкие духовные травы прямо в городской черте или на территории секты.
Почему что-то подобное не сделали в Циншуе раньше? — мелькнула мысль, пока я активно собирал книги. — Наверное, потому, что информация эта далека от общедоступной. Все эти знания хранятся только здесь, в королевском лицее столицы, да ещё в настолько замудрённых трактатах, где сам чёрт ногу сломит.
Наконец, набрав внушительную стопку самых сложных и редких книг по руническим массивам и печатям, я вернулся обратно к ящикам и забросил их туда же поверх книг по зельеварению. Теперь оба ящика плотно заполнены ценнейшими экземплярами. Осталось только доставить всё это в безопасное место.
Я вынес ящики к двери библиотеке, где парализованные меня уже не видели. Отбросив последние сомнения, я сосредоточился на пространственной печати, расположенной глубоко в лесу за городом. Моя ладонь коснулась поверхности ящиков; поток теневой Ци стремительно хлынул из моего тела, отправляя ящик в лес.
Воздух задрожал, и ящик пропал. Резерв ополовинило, но на второй ящик меня хватило. Только потом я пошатнулся от усталости, оперся на стену.
Такой мощный выброс Ци точно не останется незамеченным.
Я отошел в соседнюю с библиотекой аудиторию, завалился в угол и закрыл глаза, начав медитировать. Мне нужно было срочно восстановить хоть немного энергии перед тем, как последовать за книгами самому.
В коридоре дробно затопотало. Раздались крики, заметались тени — кто-то зажег в коридоре светильники и выяснял, как в библиотеку попали воры: я услышал хэканье и пару шлепков от молодецких ударов.
Чувствуя себя немного лучше, я поднялся на ноги. Снова сосредоточившись на пространственной печати, я потянулся к печати уже сам. Пространство вокруг меня закрутилось вихрем тьмы, и спустя долгое мгновение я оказался рядом с аккуратно стоящими посреди развалин деревянными ящиками.
— Учиться, учиться и, ещё раз, учиться.
Я скользнул взглядом по безмолвному «дворецкому», который мрачной чопорной статуей застыл рядом с дверью кабинета.
