Культурные люди полностью

Тихоня. А то, что Порфирий имеет отношение к власти. Вот и получается, что Глафира Порфирьевна – это изящная высокопоставленная дама, может быть, дочь императора.

Болтушка. Ну надо же. А я над её именем всегда потешалась. То есть мы все.

Тихоня. Вы как дети. Глупые дети.

Болтушка. А зачем позвонил-то, папаша?

Тихоня. Да ладно, что уж теперь. Что с ребёнка спрашивать.

Болтушка. Ты уж лучше спроси, а то я не усну, всё буду думать о твоём неожиданном романтическом звонке. (Хихикает.)

Тихоня. Спрошу прямо: почему ты решила пригласить к себе всех, кроме меня?

Болтушка. Кто тебе это сказал?

Тихоня. Перебейко.

Болтушка. Вот дурак.

Тихоня. Не смею спорить.

Болтушка. Ужасно неудобно получилось. Случайно получилось, поверь. Просто в пятницу, перед парой, все собрались, а тебя ещё не было. Я и сказала, что, мол, приглашаю к себе на день рождения. Ну тут ребята обрадовались, стали расспрашивать, как, что. Я сказала, что родители у меня мировые, сами всё подготовят и уедут, чтобы нам не мешать. На даче это тебе не в городе: больше свободы, ори не хочу, музыку на полную громкость включай, на земле валяйся, хоть голым бегай.

Тихоня. Представляю…

Болтушка. Ну и стали решать, кто за что отвечать будет. Тормоз сразу сказал, что он может тяжести таскать, если нужно, там, передвинуть, что надо, в общем, помогать всем будет. Идиоты тоже бывают полезными.

Тихоня. Не называй его так.

Болтушка (отмахиваясь). Педантова сказала, что не любит гулянки, но если придёт, то поможет посуду помыть, прибрать всё. Ну, не мне ведь одной потом разгребать. Курносова… Ну эта ничего не обещала, она только о себе думает. Но, понимаешь, на каждой тусовке должна быть такая лолитка-кокетка, красотка-кокотка, чтобы вокруг неё вились парни.

Тихоня. Не знаю, наверное.

Болтушка. Перебейко обещал анекдоты рассказывать, песни под гитару петь, конкурсы какие-то устраивать. Массовик-затейник.

Тихоня. То есть все оказались полезными, кроме меня?

Болтушка. Я, правда, не помню, кто первый сказал, что тебя не стоит приглашать, но развил эту тему Перебейко, он сказал, что ты всё испортишь, что ты лох, жизни не знаешь, пить не умеешь, с девчонками ни разу не целовался… Остальные поддакивали, головами кивали. Только Педантова нахмурилась и сказала, что она, наверное, тоже не придёт. Потом её уламывать пришлось. (смущённо) Мне, правда, неловко, что так получилось. (Молчит.) А вообще, почему это Перебейко раскомандовался? Хозяйка я, день рождения мой. Я тебя приглашаю!

Тихоня. Спасибо, не стоит.

Болтушка. Нет-нет. Ты точно приезжай, я тебе сейчас адрес скину и как добраться. Только никому не говори. Представляешь, какие у всех будут рожи? (Хохочет.)

Тихоня. Представляю.

Болтушка. Ну так что, принимаешь моё приглашение?

Тихоня (колеблясь). Принимаю!

Болтушка. Ну всё, пока-пока! (Отключается.)

Тихоня задумчиво смотрит на монитор и тоже отключается.

Действие третье

Явление первое

Вечер того же дня. Квартира Глафиры Порфирьевны.

Мать. Я так устала сегодня.

Отец. М-м.

Мать. Слышишь, что говорю? Я так устала сегодня.

Отец. Понятно. А что случилось?

Мать. Не люблю дистанционные занятия, а первое просто все соки из меня выжало.

Отец. Да?

Мать. Вместо нормальной лекции получилось чёрт-те что.

Отец. Так они же вроде взрослые, не школьники уже.

Мать. Вроде… Там такие кадры… Один вечно ничего не понимает, другой спорит по любому поводу, одна трещит, как сорока, другая только своей внешностью интересуется…

Отец. Что, вообще нормальных нет?

Мать. Ну почему, есть двое приличных студентов: Смирнов и Педантова, толковые, самостоятельно мыслят, работы интересные пишут.

Отец. Ну вот.

Мать. Только они погоду там не делают, молчат как рыбы.

Отец (мечтательно). Рыбы…

Мать. Что?

Отец. Рыбы…

Мать. Не поняла.

Отец. Да давно не рыбачил.

Мать. А-а-а… Теперь поняла. А я уж думала, что у тебя гастрономический интерес.

Отец. Нет, ты же знаешь, что я больше люблю процесс, чем результат.

Оба улыбаются. В комнате дочери слышна возня.

Мать (приглушённо). Вот и наш «результат» зашевелился.

Оба хихикают.

Явление второе

Выходит заспанная Дочь.

Мать. Опять спала?

Дочь (зевает). Ага.

Мать. А я думала, ты занимаешься.

Дочь. У нас дистант.

Мать. Я знаю. У меня тоже, но я вот целый день работала.

Дочь. М-м-м. (Падает на диван.)

Мать. Хочешь чаю?

Дочь. Кофе.

Мать. Сейчас сделаю.

Уходит на кухню, которую не видно, гремит посудой.

Дочь. Пап…

Отец. Да, киса.

Дочь. Пап…

Отец. Да.