Из слооонооов получаются отличные танки, это всем известно. Особенно это хорошо известно бойцам вооруженных сил Земной Конфедерации. Жаль, биобронемутанты подчиняются исключительно тушканчегам, и никому больше. И вдвойне прискорбно, что по всем ТТХ они значительно превосходят машины, которые производились на оборонных заводах Земли до конверсии. Старлей видел учебный видеоролик — дуэль Т-120 «Агрессор» и танка-слооонааа.
Представьте себе чисто поле, без единой кочки, без оврагов. Разве что исполосованное широкими рвами. То тут, то там разбросаны громадные «ежи», сваренные из трамвайных рельсов, и торчат, предупреждая, жестяные таблички «Aufmerksamkeit! Minen!»[4]. Над полем светит солнце, но вдали уже появились тучки, намекая, что вот-вот случится нечто из ряда вон. На краю поля торчит громаднейший бетонный ангар, ворота его разъезжаются в стороны, выпуская на свежий воздух отличный образчик бронетехники землян.
Над «Агрессором» клубится черный дым, весь он блестит от смазки, зенитная установка на башне уставилась в небо, готовая хоть сейчас поразить вертолет противника, истребитель-невидимку и сбить с пути истинного спутник-шпион. Мощь, сила, уверенность в победе. Траки вгрызаются в российский глинозем.
Из люка механика-водителя торчит голова. Волосы соломенные, глаза голубые, конопушки. Под расстегнутой на груди рубахой болтается простенький крест. Наш парень, свой донельзя. Кровь с молоком, защитник Отчизны.
И вдруг «Агрессор» глохнет. Кашлянув разок-другой, движок с хлопком выдает тучу дыма и затихает.
«Wie aber mir alles das langweilte!»[5] В сердцах блондинчик грохает кулаком по броне, расшибает костяшки и, сунув в рот, скулит нечто уж совсем невразумительное.
На другом краю поля сам собой возникает портал. Две бетонные сваи, торчащие из земли, опутаны проводами и тарелками антенн, что ствол баобаба — ветвями и листьями. Меж сваями сверкают молнии. Грохочет гром. Вспышка. Темный экран. И — вот она, гордость панцерваффе тушканчегов! Вот она — надежда обновленной Земли! Танк-слооон, резво перебирая толстыми подкованными лапами, скачет по полю. Бока его упруго подрагивают, лоснятся смазанные антирадарным покрытием уши. Особо следует обратить внимание на бивни и рога. И те и другие у слооонааа более чем выдающиеся — острые, повышенной крепости, с функцией отбойного молотка. Центральный рог служит направляющей для пусковой установки НУР типа «Криптон». На спине слооонааа гордо восседает кризорг, разодетый в парадный мундир с малиновыми штанами. В лапах оккупант держит коробок балабановских спичек.
«Бляха, как же это по-фашистски… — шепчет блондинчик, вылезший из танка и задравший руки вверх. — Короче, братан, я сдаюсь! Тушенка есть?»
На этот самом месте ролик заканчивается. Зал сидит в тишине, потом включается свет. Сюжет показали вместо опостылевшего уже фильма о доблестных земных космодесантниках, бомбящих территорию врага собственными телами, упакованными в блэкфайтеры.
— Ну ни ха себе! — вслух выразил общее мнение Бандеровец.
«Именно», — подтвердил Старлей мысленно.
Нынче же, наблюдая оживших покойников, Василий думал, что помирать ему суждено хоть так, хоть эдак, и потому без разницы, сию секунду это случится или минут через пятнадцать, когда чааайкиии доедят его печень. Василий напряг свои чакры и сконцентрировался, что было непросто, ибо птахи-мутанты устроили драчку из-за его языка. Потребовалось некоторое время, чтобы полноценно сжечь собственное сердце и умереть без признаков жизни.
Заново материализоваться следовало вне колючей проволоки. Иначе смысл вообще затевать игры со смертью? Суицид в православии не поощряется. Василий поклялся при первой возможности забежать в церковь и поставить свечку за упокой своего часто убиваемого тела.
Материализовался он, как и задумывал, вне проволоки. И тут же рухнул на поверхность планеты. Извернувшись в полете, приземлился на ноги, под стопой хрустнула свирель, осколки больно впились в пятку. Отличный инструмент. Был. Неземной красоты музыка лилась из него, когда сатир подносил дудочку к пухлым сиреневым губам.
Старлей обернулся и посмотрел на свое предыдущее тело, прикрученное проволокой к Лешаку. Чааайкиии злобно рычали, сцепившись острогами, произрастающими из кончиков перепончатых крыльев.
— Эко меня… — пробормотал Старлей.
Медуза Горгонер облизнулась:
— Меня не меньше твоего.
При взгляде на Кира, примотанного змеей к трупу древесно-каменного инопланетянина, да с черепом Анжелы на макушке, становилось понятно, что с Васькой господин ротмистр расправился вполне благородно. В любой момент чаша могла опрокинуться или же просто переполниться — при любом раскладе Кир умрет в жутких муках. Даже чааайкиии, чуя смрад яда, не решались подлетать к телу в желто-голубом спортивном костюме.
Главное, чтобы костюмчик сидел… Старлей материализовался обнаженным. Процесс полной регенерации чем-то напоминал исход из материнского лона. Только без лона. Нужна одежда. Интересно, снять камуфляж со своего трупа — это мародерство?
— Мон шер, ты не против, если я дезактивирую блок?
