— Зона у нас режимная, его оперативные примочки здесь мало кому нужны. У нас порядок, а вот такие его агенты нам только зэков будут расслаблять. Мне вообще сказали, что он пытался маляву выгнать в зону. За блатную жизнь базарил, за понятия. Когда у нас такое было? Вообще не было. А мы с тобой всё ждём чего-то от него, ждём. А за попытку выгнать маляву из СУСа и блатной жаргон так никто и не ответил перед законом. Вывод только один. Агент, присланный Горловым, негативно влияет на режим в колонии.
— И что делать будем?
— Опустим. Не будем нарушать наши традиции. У нас в зоне нет блатных.
— Всё понятно, а если стучать вдруг захочет?
— Я же сказал, опустить, опустить по беспределу. В СУСе скажешь, что он агент-гастролёр. У него было время, чтобы с нами подружиться, ну а на «нет» и суда нет. Вопросы?
— Нет вопросов.
К Бобышкину пришёл осужденный Бошмаков по кличке Змей. Воспитанный, умный, корректный и вежливый человек. Он на воле был успешным бизнесменом. Потом начал спонсировать подпольный клуб для малолеток и с помощью новой власти в городе, как и многие, сел в зону на восемь лет. Перед судом Бошмаков продал бизнес, оплатил иски за передозников, положил деньги в банк и жил на проценты. В зоне Бошмаков оказывал всяческого рода не только материальные поддержки, но и консультировал по вопросам малого и среднего бизнеса.
— Алексей Адамович, здравствуйте. Осужденный Бошмаков Игорь Михайлович.
— Здорово Змей, с чем пожаловал?
— Алексей Адамович я хочу на неделю в отпуск домой.
— Каким образом? — удивился Бобышкин, но в мыслях уже начал оценивать стоимость отпуска. — У нас ещё никто в отпуск не ходил, по крайней мере при мне.
— По закону мне можно ходить в отпуск за пределы колонии. Я первоход и не злостник, статей, которые ограничивают моё право, у меня нет.
— Змей, это всё понятно, только ты же понимаешь, что это будет очень сложно сделать. Нет такой практики в нашей системе.
— Сколько нужно? — сразу спросил Бошмаков. — Я заплачу.
— Змей давай так сделаем, я поговорю с начальником, всё равно решать будет он. Изучу твоё личное дело, а потом тебя вызову и всё скажу, хорошо?
— Хорошо, я буду ждать.
Бошмаков ушёл в отряд, а Бобышкин начал изучать уголовно-исполнительный кодекс. Действительно, Бошмаков подходит для предоставления ему отпуска. Осужденным за мошенничество можно ходить в отпуск. Рецидива у него нет, тубиком не болеет, не ВИЧ-инфицированный, на учёте в дурке не состоит. Не наркоман, не террорист, заложников не захватывал и официально против власти не шёл. Это хорошо, даже очень хорошо. Бобышкин ещё раз всё проверил и убедился, что это отличный и законный повод проявить себя перед начальником колонии. Классная тема, в которой комар носа не подточит. Бобышкин ещё раз всё обдумал и на следующий день вызвал Бошмакова.
— Змей, я всё проверил. Действительно, по закону нет ограничений, чтобы тебе отказать в отпуске. Но какой мотив, зачем тебе отпуск? Нужна причина. К примеру, болезнь или смерть родственников. Решение бытовых вопросов тут явно не подойдёт, а стихийных бедствий у нас нет.
— Алексей Адамович, не проблема. Я предоставлю все документы, что у моего родственника тяжёлая болезнь, угрожающая его жизни. Я хорошо к этому подготовился, можете даже съездить и сами проверить.
— А какая болезнь?
— Рак. Так пойдёт?
— А как так я не понял? Что значит пойдёт?
— Алексей Адамович, Вам зачем это? Документы о болезни и близком родстве будут настоящие. Вы не переживайте, человек у которого рак, тоже будет. Всё нормально, с этим проблем нет.
— И кто этот человек?
— Родной брат. Денег сколько надо?
— Пока не знаю, не был у начальника, Змей, а ты сколько готов дать?
— За неделю могу дать двести, больше пока нет.
— Двести? Нет Змей, это не серьёзно.
— Алексей Адамович, не забывайте, что я постоянно оказываю помощь колонии. Меня в этой зоне всё устраивает, если я захочу, то без проблем могу переехать в другую колонию. Вы же это знаете.
— Хорошо. — ответил Бобышкин, так как Бошмаков был прав и лучше всего, если он будет сидеть у нас. — Сегодня поговорю с начальником, потом тебя вызову.
Бобышкин пошёл к начальнику и рассказал ему эту тему с отпуском. Начальник сначала возражал, и Бобышкин привёл все положительные доводы. Бошмаков материально помогает зоне и постоянно даёт консультации его друзьям ипэшникам. Он готов дать сто пятьдесят тысяч за неделю. Хозяин подумал и согласился. Тем более, что последнее время он уже не так сильно доверял замполиту Тюменцеву и это был хороший повод проверить Бобышкина. Начальник распорядился готовить документы на отпуск. Иногда надо быть снисходительней к осужденному, когда у родного брата рак.
— Лёша, только скажи ему, чтобы он не распространялся. В отпуск он пойдёт ночью после отбоя. Желающих будет много, если все узнают. — сказал начальник колонии.
— Товарищ полковник, всё равно в зоне узнают, что его неделю нет.
