«Прохладным апрельским вечером пробило одиннадцать, и женщина по имени Джои Перроне упала за борт с роскошной палубы круизного лайнера «Герцогиня солнца». Погружаясь в темные воды Атлантики, Джои так ошалела, что не сообразила запаниковать. «Я вышла замуж за кретина», – думала она, головой рассекая волны».Биолог, прикидываясь ревнителем защиты окружающей среды, фальсифицирует экологические данные. Флегматичный детектив держит дома двух питонов и каждый день в тропиках мечтает о снеге. Волосатый громила коллекционирует придорожные кресты и похищает из хосписа старушку. Отставной полицейский выуживает из моря женщину, которую муж непонятно почему сбросил в море во время круиза в честь второй годовщины их брака. Пережившая покушение Джои Перроне, полицейский-отшельник и новозеландский овцевод распутывают грандиозную аферу, успев в процессе изрядно повеселиться.Остросюжетная комедия положений, бестселлер Карла Хайасена «Купание голышом» ныне экранизируется в Голливуде. Такой комической Америки не может быть – но, как ни странно, она есть.
В память о Уоррене Зевоне
Я очень благодарен Эстер Ньюберг, Лиз Донован из «Майами Геральд», Бобу Роу из «Спорте Иллюстрэйтед», Бёрлу Джорджу, Натаниэлю Риду, Шону Сэвиджу, капитану Майку Коллинзу, непостижимому Сонни Мехта, моей упрямой сестре Барб, моей потрясающей жене Фении и доктору Джерри Лоренцу, одному из многих невоспетых героев Эверглейдс, — за их советы, энтузиазм и дарования.
Этот роман полностью вымышлен. Все имена и персонажи либо выдуманы, либо стали выдумками. Большинство описанных событий имели место лишь в воображении автора, за исключением уничтожения флоридских Эверглейдс и восьмимиллиардной попытки сохранить то, что осталось.
Прохладным апрельским вечером пробило одиннадцать, и женщина по имени Джои Перроне упала за борт с роскошной палубы круизного лайнера «Герцогиня солнца». Погружаясь в темные воды Атлантики, Джои так ошалела, что не сообразила запаниковать.
«Я вышла замуж за кретина», — думала она, головой рассекая волны.
Удар о воду содрал с нее шелковую юбку, блузку, трусики, часики и сандалии, но Джои была в сознании и готова к бою. Еще бы. В колледже она была вторым капитаном сборной по плаванию — муж явно позабыл этот эпизод ее биографии.
Ярко освещенная «Герцогиня солнца» шла под парами восвояси, делая по двадцать узлов, а Джои смотрела ей вслед, покачиваясь в кильватерной струе. Очевидно, лишь один из остальных 2049 пассажиров знал, что произошло, но он никому не расскажет.
«Вот ублюдок», — думала Джои.
Лифчик сполз на талию, и Джои выскользнула из него. На западе под теплым янтарным заревом маячил берег Флориды. Джои поплыла.
Воды Гольфстрима были чуть теплее воздуха, но свежий норд-ост бестолково и неприятно их взбалтывал. Джои ускорилась. Чтобы не думать об акулах, она прокручивала в памяти все примечательные события недельного круиза, который начался почти так же отвратительно, как и закончился.
«Герцогиня солнца» вышла из Порт-Эверглейдс с трехчасовым опозданием, потому что в кондитерской взбесился енот. Не дожидаясь, пока енот раздерет всем физиономии и рыча умчится в недра корабля, один шеф-повар героически запихал исходящего пеной зверя в шестидесятигаллонную лохань крема из гуавы. Приехала группа захвата из Бровардской службы надзора за животными, врачи и санитары. Эвакуированных пассажиров уняли спиртным и канапе.
Позже, во второй раз поднимаясь на борт, Джои миновала служащих из надзора за животными — те с пустыми руками ковыляли по трапу с корабля.
— Спорим, его не поймали? — прошептала она мужу. Несмотря на неудобства из-за енота, она сочувствовала этой маленькой вонючке.
— Бешенство, — понимающе произнес муж. — Если тварь меня поцарапает, я поимею эту чертову круизную линию.
— Да ладно тебе, Чаз.
— Отныне можешь называть меня Онассисом. По-твоему, я шутки шучу?
«Герцогиня солнца» — в длину 855 футов, водоизмещение чуть больше семидесяти тысяч тонн. Джои узнала это из брошюры, которую нашла в каюте. Маршрут через Пуэрто-Рико, Нассау и частный Багамский остров, который круизные линии, по слухам, купили у вдовы расчлененного наркоторговца. Последний порт захода перед возвращением в Форт-Лодердейл — Ки-Вест.
Чаз сам выбрал круиз, заявив, что это подарок к годовщине свадьбы. Первый вечер он провел на корме, швыряя в океан мячики для гольфа. Сначала Джои бесилась: на «Герцогине солнца» была только площадка для гольфа, да еще стена для скалолазания и корт для сквоша. С тем же успехом они с Чазом могли остаться в Бока.
Не менее идиотским был солярий, куда народ валом валил, едва небо затягивали облака. Круизная компания хотела, чтобы каждый пассажир вернулся домой с бронзовым загаром либо с малиновым ожогом — в доказательство, что неделя проведена в тропиках.
Но в итоге Джои вплотную занялась скалолазанием и прочими круизными прелестями. Всяко лучше, чем есть и пить до тошноты: обжорство — главное развлечение на круизных лайнерах. «Герцогиня солнца» славилась круглосуточными гриль-ресторанами, где муж Джои пропадал часами.
«Вот свинья», — подумала она и нырнула, чтобы стряхнуть комок водорослей, который обмотал шею, как раскисший рождественский венок.
Каждое утро перед ними представала новая блистательная гавань, но города и туристические рынки были удручающе одинаковы, будто их строили и эксплуатировали по лицензии. Джои честно пыталась очароваться туземными поделками, хотя многие из них, похоже, произведены в Сингапуре или Южной Корее. Да и на кой ляд нужна раковина-шлем, грубо расписанная лаком для ногтей? Или скорлупа кокоса, на которой вручную намалевано слабое подобие принца Гарри?
