«Хм, однако. Картина маслом», — неуверенно пробубнил задумчивый внутренний голос. — «Приметный такой делуля, с тёмным и угловатым лицом, словно бы высеченным из обломка северной скалы. Волосы достаточно длинные и совершенно седые. А глаза…э-э-э, фанатичные такие глаза. Круглые, янтарно-жёлтые и — однозначно — фанатичные. Опирается на чёрную старомодную трость с блестящей ручкой. То бишь, с блестящей рукояткой. Извини, братец, но не знаю — как надо правильно говорить. Не разбираюсь я, увы, в этих дурацких тросточках…. Может, в этой чёрной трости спрятан острый стилет? Острый-острый-острый? Не удивлюсь, право слово…. Короче говоря, если бы мне предложили нарисовать, скажем так, «земное воплощение северного Бога Войпеля», то я, честью клянусь, точно такого старика и изобразил бы…. Ну-ну, ёжики колючие, твари приставучие…».
— Доброго вам утра, уважаемые российские граждане, — вежливо поздоровался Сергей.
— И тебе, добрый молодец, того же, — лучезарно улыбнулась Матрёна Ивановна, а после этого пояснила: — Этот юноша — мой сосед по подъезду. Вполне даже приличный молодой человек, что — по нынешним мутным Временам — является большой редкостью.
— Приличный? — недоверчиво хмыкнул её спутник. — Неужели? А ты, товарищ, к какой политической партии принадлежишь?
— К какой партии? Да, собственно, Дмитрий Силыч, ни к какой. Извините. Так вышло.
— Ты, оглоед со шрамом, меня знаешь?
— Нет, конечно же, — признался Сергей. — Но уже наслышан — о вашем существовании. Это же, как-никак, Купчино.
— Ах, да. Маша мне говорила — об этой особенности вашего района. Мол, все, всё и про всех знают…. А почему — ни в какой?
— Из-за покойной бабушки, наверное. Она мне в детстве частенько говорила: — «Всегда, внучок, обходи стороной толпу. Причём, любую. Толпы, как правило, сами по себе не собираются. И не образуются. Их, в подавляющем большинстве случаев, кто-то собирает…. Зачем — собирает? А для всяких и разных меркантильных потребностей. Личных потребностей. Ради больших денег, например. Или к Власти стремясь…. Ты же не хочешь, чтобы тебя использовали — в тёмную — как дурачка деревенского? Вот, и обходи все толпы стороной. Всегда обходи. Не пожалеешь…». Обхожу, понятное дело…. Старших, ведь, надо слушаться?
— Надо, — подтвердил Дмитрий Силыч. — Только, юноша, какое отношение всё это имеет к политическим партиям?
— Самое однозначное и прямое, — по-серьёзному заверил Сергей. — Любая политическая партия является объединением достаточно большого количества людей вокруг…. Вокруг чего? Или вокруг кого? Неизвестно, если по большому счёту. Нет, всегда существует какая-то достаточно-симпатичная версия, мол: — «Наши конечные цели — возрождение былого величия Страны, беспощадная борьба с коррупцией и оказание действенной помощи малому бизнесу…». Или же что-то похожее и такое же насквозь дежурно-лицемерное…. А что у нас — на самом деле? О чём говорили-толковали отцы-основатели данной политической партии при её создании? О чём они сейчас мечтают, что планируют и к чему стремятся? У каких крупных отечественных и зарубежных бизнесменов регулярно берут деньги для осуществления текущей деятельности? И, главное, под какие обещания берут? Хотелось бы знать, честно говоря. Причём, досконально и всю-всю подноготную…
— Гнилая мещанская демагогия, — презрительно поморщилась Матрёна Ивановна. — Ведущая к полной социальной аполитичности и оправдывающая её. Не ожидала я от тебя такого, Серенький. Не ожидала.
— Извините покорно, дорогая соседка. Но принцип у меня такой — обходить стороной любую толпу. Религиозную, в том числе. Дабы не лить воду на финансовые мельницы хитрых и жадных дяденек, чужих мне — по сути. Как бы так оно.
— Значит, атеист?
— Проигнорирую данный вопрос.
— И почему, если не секрет?
— Верить или не верить в Суть Высшую — вопрос сугубо частный и интимный. Лично мой. Секретный и приватный. Не желаю — ни с кем делиться своими религиозными взглядами. Ни с кем, ни с кем, ни с кем. Разве что — с девушкой любимой. Может быть…. Во что хочу, в то и верю. И как хочу. А если даже и молюсь, то только в полном одиночестве и сугубо собственными молитвами, в голову — внезапно — пришедшими. Или же приснившимися. Только так.
— Гордыня-гордыня, — пожурил старик. — Мол, я сам по себе, весь такой исключительный и особенный из себя…. Коллективизм, молодой человек, залог всему. Потом сам поймёшь, да только поздно будет. Без тебя и за тебя всё решат. Всё-всё-всё…. А ты, пацан, в армии-то служил?
— Девять полновесных лет отдал. С хвостиком.
— В каком звании вышел в отставку?
— В майорском.
— Неплохо, неплохо, человек встречный…. Но ведь армия, если подойти к данному вопросу с точки зрения классической философии, тоже — толпа. Почему же ты — в своё время — её стороной не обошёл?
— Толпа, конечно, если рассуждать по-глобальному, — взяв пятисекундную паузу, согласился Сергей. — Спора нет…. Но, ведь, ещё и крепкая-крепкая жизненная школа. И боевое братство…. И вообще, все эти железобетонные правила для того и существуют, чтобы их изредка нарушать. Только очень-очень изредка…. Не так ли?
