- Главное, что все хорошо окончилось и что ты действительно разбойников не встретила, - сказал Евстигней, - Надо будет нам с тобой как-нибудь погулять под луной или хотя бы во дворе посидеть.
- Обязательно посидим, - согласилась Тоня.
========== Часть 8 ==========
По недавно появившейся традиции каждое воскресенье Тоня и Евстигней ходили в гости к родителям девушки, поговорить обо всем на свете, увидеться и показать внука. Иногда, в тех случаях, когда это было оговорено заранее, Анна Паисьевна и Степан Аристархович приходили в гости к молодой семье, однако, чаще с визитами приходила Тоня с мужем и сыном. Девушка любила снова побывать дома, окунуться в атмосферу детства, поесть что-нибудь из того, что нередко готовила ее мама, чтобы порадовать дочь, увидеться с Мишей, Людой и своими племянниками, посидеть всем вместе, а потом, выйдя на улицу и вернувшись домой, снова понять, как это замечательно, быть замужним человеком и наслаждаться обществом своих самых дорогих сердцу людей.
И в этот визит, неторопливо жуя печенье, испеченное Анной Паисьевной и запивая его чаем, Тоня рассказывала матери о своей жизни.
- Живем мы хорошо, - говорила Тоня, - Немного непривычно то, что всего одна комната, но это дело поправимое. Возможно, потом поднакопим денег и придумаем что-нибудь с жильем. С другой стороны, это даже удобно. Если нужно ночью подойти к Вите, он рядом, не нужно никуда бежать.
- Тоня, я очень рада, что у вас с Евстигнеем все хорошо, - сказала Анна Паисьевна, - У вас брак начался не так, как у всех, практически с рождения ребенка, но это хорошо, что все продолжается без проблем.
Немного поговорив с матерью, Тоня решила прийти к Мише и побеседовать с ним.
- Мишенька, - сказала девушка, - Давай поговорим во дворе.
- Хорошо, - согласился Миша, - А почему во дворе?
- На свежем воздухе сидеть приятнее, - ответила Тоня, однако, по лицу сестры молодой человек понял, что девушка просто хочет поговорить уж точно наедине.
Краем глаза взглянув на то, что родители нянчатся с внуком, а Евстигней сидит с ними, Тоня вышла с братом на улицу.
- Миша, - начала Тоня, - Мне было не так уж и много лет, но я помню, что вы с Людой листовками пытались заниматься. И да, я помню, ты меня, когда от папы попало, утешал и говорил, что тоже по юности ерундой страдал и тебе хватило ума бросить все вовремя. Но знаешь, Миша, почему-то мне кажется, что ты соврал тогда, что просто хотел меня утешить. Миша, может быть, мы вместе всем этим займемся? Одно дело – чужие непроверенные люди, от которых можно ожидать всего, и совсем другое дело – свои, те, кому ты доверяешь.
- Тоня, я тебе говорю совершенно серьезно, я рад, что вовремя со всем завязал, - ответил Миша, - И вообще, мне так хочется папе обо всем рассказать, жаль только, что все это будет бесполезно – он тебя не отдерет, как положено, скажет, что уже взрослая и замужем. А жаль, может, тогда бы ты все поняла…
- Миша, вроде бы, у нас не такая уж большая разница в возрасте, всего десять лет, иногда замуж выходят за человека на двадцать лет тебя старше, а ты меня, кажется, в детстве больше понимал, чем сейчас. Тебе двадцать шесть лет, а ведешь себя, как будто тебе все сто двадцать шесть лет, - вздохнула Тоня.
- Тонечка, я как брат хочу тебе только добра, - ответил Миша, - Вспомни, ты же на свидания ходила к Евстигнею, ты же была в ужасе от Литовского замка, зачем ты решила теперь собой рисковать? У тебя же сыночек есть, каково ему будет расти без мамы?
- Все понятно с тобой, Миша, - снова вздохнула Тоня, - Папе не расскажешь?
- Не расскажу, - ответил Миша, - А ты обещай не агитировать.
- Обещаю, - согласилась Тоня и подумала, - «Кстати, агитировать я и не планировала, Евстигней говорил, что это бесполезно».
Погостив у родителей и вернувшись в мезонин, Тоня рассказала о разговоре с Мишей Евстигнею.
- Не хочет Миша ничем заниматься, - вздохнула девушка, - А к Люде, тем более, я идти не стала, она уж точно бы меня не поддержала.
- А что ты хотела? – спросил Евстигней, - Чем заняться?
- Не знаю, чем заняться, но что-то делать надо, - ответила Тоня.
- Подожди, Тоня, еще рано, нужно выждать какое-то время, - сказал Евстигней, - Все-таки, после судимости за мной, может быть, надзор какой-то есть, не стоит рисковать.
- Хорошо, - согласилась девушка.
Незаметно наступило начало учебного года. С некоторым волнением Тоня пошла на свой первый урок в качестве учительницы. Еще с самого начала девушка решила, что она будет понимающей и не слишком строгой учительницей, тем более, что рукоделие - такой предмет, который невозможно выучить и к нему должны быть способности.
Больше всего Тоня боялась того, что урок у нее пройдет неспокойно, ученицы начнут баловаться или игнорировать ее, однако, страхам Тони не суждено было сбыться. Даже когда девушка, немного растерявшись в середине урока, забыла слово «тесемка» и долго пыталась его вспомнить, пока ей не подсказала одна из учениц, в классе не было излишнего шума, которого так боялась Тоня.
