Купец Х ранга полностью

— Отворачивай! — кивнул я и, вскочив на перила, бросил себя вперёд.

До ледяной корки, разумеется, не допрыгнул, но я на такое чудо и не рассчитывал. Благо плавал я неплохо, а на холод мне было плевать с высокой колокольни.

Единственное, что я сделал — окутался Золотым доспехом, поскольку всё внимание островитян перешло со шхуны Анисима на меня.

Не забывал я в перерывах между мощными гребками, посылать одно Золотое копьё за другим. Мои пленения без проблем пробивали и воду, и лёд, и с каждым попаданием взгляд лича становился всё злее.

— Макс, давай руку!

Я настолько увлёкся превозмоганием, что не заметил, как оказался у льдины, на которой распластался тянущий мне руку Людвиг.

— Ты как здесь? — выдохнул я, принимая помощь.

— Перелетел, — вампир с трудом затянул меня на льдину. — А ты популярен у англичан, Макс!

— Есть такое, — хмыкнул я, прикрывая не только себя, но и вампира. — Давай-ка разбежимся, Людвиг!

— Я тебя не оставлю, Макс!

— Людвиг… — переждав особо сильную атаку Цепной молнии, я потянул вампира за собой. — Одному мне будет проще. А ты спрячься, схоронись, чтобы в случае чего прийти на помощь, понял?

— Понял, — кисло отозвался вампир. — Но…

— Никаких но, — оборвал его я, с трудом отбиваясь от совместной атаки выживших островитян. — Твоих собратьев уничтожали не просто так! Схоронись, жди момента!

— Вот в чём дело! — от вампира так и повеяло яростью. — Я всё сделаю, Макс. Отомщу за братьев!

— Месть — это блюдо, которое нужно подавать холодным, — поделился житейской мудростью я. — Насчёт три!

— Я готов…

— Три!

Зачерпнув солидную пригоршню золота, я поднял перед собой трёхметровую стену огня и толкнул её вперёд.

Людвиг тут же шустро рванул направо, а я, чувствуя, как золото утекает сквозь пальцы, пошёл вперёд и влево.

Количество атак со стороны чёрного фрегата тут же просело, а на плетения, прилетающие в спину, я уже не обращал внимания. Сделать с ними я всё равно ничего не мог, и всё, что мне оставалось — мысленно подсчитывать потраченное золото.

На мгновение мне даже стало как-то не по себе. Я же Купец! Должен, наоборот, копить и преумножать, а я в последнее время только и делаю, что сливаю нажитое непосильным трудом.

— Это называется агрессивные инвестиции в собственное выживание, — буркнул Виш. — Насчёт вампиров, ты как понял?

— Что понял? — не понял я. В данный момент я был занят тем, что старался выжить и добраться до фрегата, и мне было не до разговора с Вишем. — А-а-а, ты про Людвига?

— Про него, — подтвердил Виш. — Как ты понял, что вампиров уничтожали специально, чтобы они не смогли составить конкуренцию личу?

— Могу, умею, практикую, — буркнул я.

Ну не признаваться же Вишу, что придумал про уничтожение вампиров специально, чтобы избавиться от компании Людвига?

— Молодец, — похвалил меня Виш. — Что с ритуальной фигурой, Макс?

— Воссоздаётся практически в тот же момент, как я её разрушаю, — буркнул я, упрямо идя вперёд. — И лич, я чувствую взгляд лича.

— Одного? — уточнил Виш.

— Ну да, — признаться, я даже немного растерялся. — А что, их может быть двое? Стоп!

Осознание было подобно ушату ледяной воды.

— Виш! Личи! Их двое! Один здесь, а второй в Сенате!

— Бей всем, чем можешь, Макс, — посоветовал фамильяр, изо всех сил прижимаясь к моей голове.

И я, активировав переговорный амулет, разом зачерпнул чуть ли не сотню кило золота и метнул во фрегат с кровавой стелой небольшой метеорит.

Всё вокруг захлестнуло огнём, но я прекрасно видел, как корабль англов раскололо на две части, а лёд пошёл трещинами.

Ритуальная фигура призыва пошла кусками, но не успел я издать победный клич, как кровавая стела вспыхнула багровой тьмой.

Я увидел надетые на кровавый обелиск золотые рёбра, и услышал, как эта чёртова стела бьётся, словно сердце…

— Ну же, — пробормотал я, формируя самое убийственное плетение, из тех, что я знал. — Алексей Семёныч, ответь!

Увы, но Шуйский не отвечал, и я, не в силах больше медлить, выплеснул из себя настоящий ливень из Золотых Копий. На плетение ушло порядка трёхсот килограммов золота, но в данный момент я вообще не думал о деньгах.

Нужно было во что бы то ни стало уничтожить это сердце. Заставить престать его биться. Выжечь эту багровую мерзость с лица земли.

Три сотни Золотых Копий, обёрнутых огнём, осветили ночное небо столицы и зависли над расколотым фрегатом англичан.

Данг!

Сердце тягуче сократилось, и за несколько секунд до того, как на фрегат обрушилось моё ультимативное плетение, я увидел, как со стороны столицы в обелиск выстрелила кровавая нить.

Потрескавшаяся фигура призыва вспыхнула кровью, и сила, хранящаяся внутри чёрного фрегата, выстрелила во все стороны энергетическими отростками, чертовски сильно похожими на щупальца или тентакли…

По глазам ударила вспышка багровой тьмы, а в следующий момент, на месте фрегата появилась огромная туша пупырчатого мяса.

Появилась за мгновение до того, как в него впились мои Золотые копья.

— Ууууааааааааа!

От пронзительного рёва гигантского кракена, казалось, вот-вот лопнут барабанные перепонки, а из глаз польётся кровь.