— Если Норвегия убедит Европу присоединиться к войне… — протянул я.
— Да, — хмуро кивнул Галицин. — Придется худо. Поэтому, Макс, сухпайки, самострелы и кирасы нужны нам ещё вчера.
— Иван? — я посмотрел на своего представителя.
— Заказ уже ушёл, — Иван понял меня с полуслова. — Через две-три недели начнем отгрузку.
— И не забудьте про резервы, — попросил Галицин. — Опыт подсказывает, что мы раз за разом вступаем в войну со спущенными штанами.
— Сделаем, — кивнул я, — но финансы…
— Парни, — Галицин посмотрел на Игоря и Ивана. — Сходите до курительной комнаты.
— Но я не курю, — нахмурился Игорь.
Впрочем, стоило Ивану подняться со своего места, как новоиспеченный граф, тут же сориентировался и поднялся следом.
Галицин, дождавшись, пока Иван с Игорем уйдут, окружил нас Куполом Тишины и наклонил голову поближе.
— Финансы будут, Макс. Золото, серебро, что хочешь.
— Я могу спросить, откуда?
— Можешь. Но не факт, что получишь ответ.
— Придворные секретики, да? — я вслед за Галициным, понизил голос. — В таком случае, у меня тоже есть один. Помните князя Михайлова?
— Конечно, — поморщился Галицин. — Ежедневно шлет мне письма. Настырный тип. Все мечтает оказаться в фаворитах императрицы.
— Он одержимый, Сергей Геннадьевич, — огорошил я графа. — Магда как-то влияла на него через огонь.
— Надо брать мерзавца!
— Надо. Но чуть позже. Для начала я попробую выяснить, что именно от него хотела Магда.
— Постой-ка! — нахмурился Галицин. — А ты сам…
— Нет, — я с полуслова понял Галицина. — Мое кунг-фу оказалось сильнее, и я вышвырнул её из Огненного Морока.
— Даже так… — граф в задумчивости посмотрел на меня. — И когда ты с ним встречаешься?
— Сразу после нашего ужина.
— В таком случае… — протянул Галицин. — Эх, не хотел я вскрывать эту карту так рано, но… ты со своим Михайловым не оставил мне выбора. На.
Граф незаметно протянул мне запечатанный сургучной печатью золоченный конверт.
— Что это, Сергей Геннадьевич?
— То, что связывает Михайлова, финансы и будущее страны, — криво усмехнулся граф. — Приглашение императрицы на личную встречу.
На встречу с Михайловым мы отправились вдвоем с Галициным.
Игорь с Иваном порывались пойти с нами, но граф был неумолим. В итоге, мы оставили их разбираться с корректировкой военного заказа и прорабатывать логистику. Сами же поспешили в покои князя.
Хоть Михайлов и был князем, своего особняка в столице у него не было. Поэтому Настоятель Храма снимал фешенебельный номер у императорского дворца.
Гостиница, к слову, оказалась в шаге от ресторации «Империал», и называлась точно также.
Учитывая то количество писем, которыми завалил меня князь, я чуть ли не наизусть выучил номер его покоев.
Третий этаж, номер триста восемь.
Стоило нам постучаться в дверь, как она тут же распахнулась, а на пороге появился взъерошенный князь.
— Эк его колбасит, — без капли сочувствия заметил Виш, — слабовольный нынче дворянин пошел. Представляешь, все это время он дежурил у двери… Мрак!
Михайлов действительно выглядел неважно.
Бледный, с красными глазами и дерганными движениями, он больше походил на городского сумасшедшего, чем на влиятельного Настоятеля Храма.
Заперев за нами дверь, он проводил нас в гостиную и предложил расположиться, кто бы сомневался, у камина.
— Благодарю, что приняли мое приглашение, господа! У меня важная инфрмация. Отечество в опасности!
Мы с Галициным переглянулись, и я покачал головой.
Несмотря на красивые и высокопарные слова, было видно, что князь лжет.
Его мимика, то и дело кривящийся в неприятном оскале рот, бегающие глаза… Все указывало на то, что Михайлов считает нас за идиотов и пытается использовать в своем раскладе.
Впрочем, как бы противно мне не было, я взял себя в руки и подыграл ему.
— Что вы говорите, князь! В чем же дело?
— Враги отечества готовят легендарный Прокол в самом сердце столицы! — руки князя дрожали, а его взгляд бегал с меня на Галицина и обратно.
— Вот как? — подключился к игре Галицин. — Мы, как славные сыны Империи должны им помешать! Вы знаете, кто это? И где именно будет организован Прокол?
— Они хорошо скрываются, — Михайлов облизал губы. — Но я знаю место и время. Вы поможете мне, господа?
— Конечно, — заверил я князя. — Раз дело касается Прокола, может быть, стоит пригласить барона Камнева-Пылаева? Он — настоящий профессионал по Проколам.
— Камнева? — задумался Михайлов. — Да, Камнева можно. Нужно! Так значит, господа, я могу на вас рассчитывать?
— Всенепременно, — подтвердил Галицин. — Прошу вас, князь, скажите место и время!
— О! — губы Михайлова растянулись в нечеловеческой улыбке. — Это случится завтра! На балу!
— Скажите, князь, — Галицин заглянул Михайлову в глаза. — У вас уже есть план?
— Да, да, есть, — закивал Михайлов. — План есть. В семь вечера вы спуститесь в винный погреб.
— Дайте угадаю, — усмехнулся я. — Он находится под танцевальным залом?
— Да-да, — закивал Михайлов. — Ровно в семь вечера! В винном погребе!
— А вы, князь? — нахмурился Галицин. — Разве вы с нами не пойдете?
