— Граф Огнев-Пылаев, — кивнул я. — Надеюсь, барон, этот здоровяк не затаит на Вас обиду и не попытается реабилитироваться.
— В каком смысле, граф? — не понял армеец.
— Через несколько минут я отсюда выйду, — я демонстративно посмотрел на висящий под потолком записывающий кристалл. — И вы останетесь с сударем Серковым один на один. Возможно, он захочет выместить свою злость на вас.
— А почему вы думаете, что выйдете отсюда через несколько минут? — заинтересовался барон, не обратив внимания на мое предупреждение.
— Поскольку, еще полчаса и я опоздаю на бал, барон. На котором готовится самый настоящий теракт.
— Да что вы говорите, — Авдеев покачал головой. — А что за теракт? И вообще, за что вас сюда?
— Если через пару минут эту решетку, — я легонько пнул матовый прут, — не откроют, то сами узнаете барон. Правда, скорей всего, из завтрашних газет.
Заход барона насчет причин моего здесь появления я проигнорировал.
Наверняка дальше он бы постарался вывести меня на встречный вопрос «А вы здесь за что?», и мне даже было интересно, какая у Авдеева легенда, но… не в этот раз.
Нужно выбираться отсюда и побыстрее. Надеюсь, Шуйский наблюдает за нами в режиме реального времени и уже сделал соответствующие выводы.
— Граф, утолите мое любопытство!
— Всему свое время, барон.
Я, заметив, что Серков уже отдышался и планирует вскочить на ноги, подскочил к нему и с пыра пнул его в лицо.
Хрустнул сломанный нос, и бугай схватился за него обеими руками.
— Ты, похоже, необучаемый, Серков, — я покачал головой. — В следующий раз сломаю тебе руку.
— Жестоко, — заметил Авдеев. — Ведь он просто пытался встать на ноги.
— Жестоко поступил его отец, — не согласился я. — Не научив сына с кем стоит связываться, а с кем нет. Есть более удачное слово. Глупо. Ведь именно так ведет себя сударь Серков, раз за разом наступая на одни и те же грабли. А ещё глупо поступает Служба Императорской Безопасности, не принимая всерьез слово дворянина.
— Возможно, — пожал плечами Авдеев. — Не мне судить.
— Ну-ну, — усмехнулся Виш. — Не ему судить. Зую даю, ещё пять минут, и он начнет поливать СИБовцев грязью!
«Пять минут — это слишком долго, Виш. Очевидно, что проверка провалилась, и сейчас, если верить твоему раскладу, у Шуйского нет причин держать меня за решеткой».
Виш только хотел было ответить, но его прервал звук открываемого замка.
Мгновение спустя, в помещении появился кислый штабс-капитан и, подойдя к решетке, скомандовал.
— Два шага назад.
Я не стал артачиться и отошел.
СИБовец открыл решётчатую дверь и кивнул на выход из помещения.
— Огнев-Пылаев! На выход!
— Граф Огнев-Пылаев, — невозмутимо поправил его я и не спеша вышел из камеры.
— Следуйте за мной, граф, — проворчал СИБовец, запирая решетку. — Вас ожидает князь Шуйский.
Когда я оказался в кабинете Шуйского, мне очень хотелось сходу поинтересоваться, на кой черт нужно было устроенное в камере представление, но я сдержался.
— Добрый день, Ваше Светлость!
Поздоровавшись с князем, я остался стоять на месте, ожидая его ответа.
Шуйский еще несколько секунд перебирал лежащие на столе бумаги, делая вид, что он жутко занят, после чего соизволил меня заметить.
— Добрый день, граф. Прошу присаживайтесь. И без чинов.
— Хорошо, Алексей Семенович, — кивнул я и сел на единственный свободный стул.
Судя по тому, насколько он был неудобный, это однозначно был стул для посетителей.
— Догадываешься, зачем я тебе пригласил, Макс?
— Догадываюсь, — не стал спорить я, с любопытством оглядывая кабинет Шуйского.
Я ожидал увидеть место, где творится история Империи, а по факту моему взору предстал типичный кабинет типичного чиновника.
— Потому что это не его кабинет, — шепнул Виш. — Почему, думаешь, штабс-капитан такой кислый ходит?
С одной стороны, слова Виша многое объясняли, с другой — вызывали ещё больше вопросов.
Зачем Шуйский велел привести меня именно сюда, а не к себе? И почему он выбрал именно этого штабс-капитана?
Впрочем, обо всем этом можно было подумать и потом.
— И почему же? — поинтересовался Шуйский, не дождавшись от меня пояснения.
— Потому что, Алексей Семёнович, вы хотели со мной поговорить.
— И о чем же?
— О чем-то важном, я полагаю.
Глава СИБ едва заметно поморщился и, оставив бумаги в покое, посмотрел мне в глаза.
— Я не доверяю таким, как ты, Макс.
— Таким, это каким? — уточнил я.
— Форточникам — раз, — Шуйский принялся загибать пальцы совсем, как императрица. — Выскочкам — два. Торгашам — три.
Судя по тому, как князь сжал пальцы в кулак, там были ещё и четыре, и пять, но их озвучивать он не стал.
— Скорей всего он умолчал о том, что ты не настоящий дворянин, — хмыкнул Виш. — И что вечно влипаешь в разные неприятности.
Я же, пользуясь очередной мхатовской паузой, не преминул уточнить.
«С первый понятно. Но второе-то тут при чем?».
— Мы уже с тобой об этом говорили, — отмахнулся фамильяр. — Все неприятности, которые с тобой происходят — это план стелы. Кстати, возможно, и к лучшему, мы до сих пор до неё не добрались. Зуб даю, что все происходящее — это не случайность!
«Возможно…».
— Почему молчишь, Макс?
