— Дариан Джед Ли тебе не друг, Чез, — без тени замешательства продолжает Линн. Называть Чарли прозвищем, которое она дала ему в детстве, вызывает странные чувства. Сейчас он выглядит так, как будто они ровесники.
— Не смей меня так называть! Никогда не смей так называть! — Чарли, минуя остальных, останавливается перед ней. В его глазах отражается пламя, и Линн приходится напрячься, чтобы выдержать его взгляд.
— Ты Чарли Слэйд. Тайлер Слэйд — мужчина, которого ты убил — был твоим отцом, а твой так называемый друг это допустил. Ли знает, кто ты, и теперь ты тоже должен вспомнить. Я Линн Крейгтон. Я заботилась о тебе, когда твой папа работал…
Внезапно воспоминания выплескиваются из Линн: то ли ее собственные, то ли сотканные из рассказов Слэйда, то ли возникшие из ее накачанной адреналином фантазии. Но все равно, правдивы они или нет, она может только надеяться, что созерцатели поймут, какой шанс она им предоставляет.
— Ты был совсем маленьким, но должен помнить!
Чарли невозмутимо смотрит на нее, но она замечает, как нож в его руке начинает дрожать. Он все еще не спешит наносить удар и позволяет ей себя отвлечь.
Тем временем дым становится таким плотным, что на расстоянии метра уже невозможно что-либо разглядеть.
— Тот, кого ты называешь своим другом, всех нас заманил в ловушку. Он желает убить созерцателей, которые здесь со мной, слышишь? Они стражи, а он хочет всех их уничтожить. Они здесь, чтобы наконец-то выбраться из его лап, — Линн продолжает нести все, что приходит на ум, слова, словно сами по себе, слетают с языка, — Они хотят стереть данные на своих чипах, хотят наконец-то освободиться из плена. Это все, чего они хотят. В отличие от твоего босса, они не желают никому ничего плохого. Он же желает только уничтожения и смерти. Чарли, пожалуйста, вспомни, откуда ты. Ты же один из нас.
Наконец-то стражи и Скиннер выходят из ступора и понимают, что задумала Линн. Они хватают юную целительницу и бегут прочь. Но уже поздно. С потолка перед ними начинают осыпаться обломки. Одна из горящих балок обрушивается на Джолетт, прижимая ту к полу.
— Ты лжешь! — выкрикивает Чарли, и Линн вынуждена оторвать взгляд от раненной созерцательницы.
— Нет, подумай сам! Подумай! Дариан Ли запудрил тебе мозги! Он наслаждается зверствами! Ты родом из Элизабет! Ты — Чарли Слэйд из рабочего квартала Элизабет! — Линн слышит, как ее собственный голос с каждым словом становится все пронзительнее и отчаяннее. Чтобы выиграть эту неравную битву, ей во что бы то ни стало необходимо убедить сына Слэйда. — У тебя была маленькая тряпичная обезьянка по имени Мистер Эйп. И она была единственной, кто был рядом с тобой, когда ты… прятался в стене, в ожидании возвращения твоего отца.
Взгляд Чарли меняется. В его глазах разливается ужас. Он вскрикивает, все его тело словно сопротивляется словам и образам, которые те вызвали в его голове. Минувшие годы в совокупности с идеально запрограммированным чипом заставили его мозг забыть эту старую травму. Одно мгновение кажется, будто он желает перерезать Линн горло, но затем по его освещенному пламенем лицу проходит судорога. Его глаза прерывисто дергаются, а затем выпустив нож из руки, он пробегает мимо Линн и сквозь огонь несётся прочь.
— Чарли! — кричит она ему вслед, но свет слишком яркий, и она со стоном прижимает пальцы к глазам.
— Уходим отсюда! — Скиннер, схватив за руку, опять тянет ее за собой.
Сквозь слезы она видит, как другой страж поднимает с пола раненную созерцательницу. Избавительница беспомощно тащится между ними.
Вместе со Скиннером Линн подгоняет остальных через горящий коридор. Дом огромный, они в ловушке пылающего лабиринта. С каждой секундой становится все горячее и горячее. У Линн такое чувство, что одежда медленно, но верно плавится вместе с кожей.
— Нам нужно выбираться! — орёт Сай, — Джо необходимо как можно скорее вынести на свежий воздух!
Но за каждым поворотом, что они оставляют позади, их ожидает очередное пламя и еще более сильный жар.
Кажется, будто прошли уже часы.
— Поверните направо, — кричит Линн, — Направо!
Она чует, что там воздух немного прохладнее и свежее. Шаг за шагом, они пробиваются вперед, и наконец-то дыма становится значительно меньше. Они со всей возможной скоростью маршируют сквозь пылающие развалины бывшего салона. Вокруг стоит обугленная мебель, картины, чьи рамы постепенно догорают на мраморном полу, свалились со стен. И вот огонь позади. Раздаётся звон, и прохладный ночной воздуха дует им навстречу.
Сначала сквозь разбитую стеклянную дверь Сай выносит на улицу созерцательницу, за ними выходит целительница и в заключение полукровка и Линн. Она ощущает, как кто-то тыкает ей в колени, разворачивается и видит, что пес тоже выбрался. К ее удивлению собака не рычит на нее. Может быть, из-за дыма и у животного проблемы с обонянием.
Они отходят от дома на пару метров, заходя в безопасность леса.
