— Со мной что творится? Серьезно? — в этот раз я не стал понижать завышенной громкости своего голоса, даже не заметив, как сделал несколько шагов вперед, переступив порог квартиры и не сводя озверевшего взгляда с твоего обомлевшего от нешуточного испуга личика. В те мгновения говорить со мной на подобные темы, да еще и в подобном тоне было крайне чревато. Казалось, я сейчас только и ждал подходящего повода, даже самого незначительного, чтобы сорваться.
— Это ты, бл*дь, что творила и творишь все эти дни?
Как ни странно, но мне хватило тех остатков здравого рассудка, что все еще продолжали меня сдерживать, а теперь еще и толкнули на столь весьма просчитанный поступок. Захлопнуть за собой дверь, а потом еще и закрыть на несколько оборотов внутреннего замка, намеренно заблокировав его от попыток открыть ключом снаружи.
— Что я творила?
Какая очаровательная непосредственность. Я обернулся, ошалело заулыбавшись и даже показательно выдохнув восхищенный ее оригинальным ответом надрывный смешок.
— Ну, да, конечно. Видимо, я все себе это придумал, как последний конченный еблан закидывая тебя все эти дни смс-ками с безответными звонками, в наивном ожидании, когда же у моей красавицы проснется совесть.
— Мы же договорились с тобой, что не будем в эти дни созваниваться.
— Так что, на смс-ки это тоже распространяется? Или ты все это время находилась рядом с великим Инквизитором, не отходя от него не на шаг?
Охренеть. Она еще и смотрит на меня так, будто я реально какой-то псих, и все, что она до этого делала — всего лишь пыталась держаться как можно подальше от меня на максимально безопасном расстоянии. Потому что у нее были для этого охренительно веские причины. Что тут непонятного?
Вот именно. Абсолютно НИ-ХРЕ-НА.
— Тебе-то какое дело, с кем, когда и сколько я находилась? Это же ты тащишься от экстремальных видов спорта, когда все эмоции и инстинкты на грани. И плевать, что в этот момент ты подставляешь кого-то другого, поскольку с тебя все равно сойдет, как с гуся вода. Или тебе было мало меня оттрахать пару часов назад буквально под боком своего отца? Не достаточно вставило? Захотелось продолжения банкета или подкрепить убойный приход чем-то более существенным?
А вот это ну просто шикарнейший разворот. Даже у меня в голове малость закоротило, особенно от вида ее резко изменившегося выражения лица. От того, как она на меня сейчас смотрела, постоянно отступая и пятясь в сторону арочного проема гостиной каждый раз, когда я делал на нее свой очередной наступающий шаг. И, честно говоря, я просто обалдел. Одно дело, если бы это был один только интуитивный испуг со вполне объяснимым инстинктом самосохранения. Но, бл*дь… Такое ощущение, что это не она сейчас защищалась от моих обвинений, а, наоборот, атаковала претензиями, в которые не просто свято верила, но еще и использовала, как веский аргумент к нескрываемой ко мне агрессии. Будто это я проштрафился по всем существующим показателям, и это я обязан за все нести ответ.
— Что, твою мать, ты несешь? Совсем берега попутала? — господи, как я еще за это время не сорвался и не схватил ее… даже не знаю за что. За плечи, за горло?..
Это уже походило на чистейший маразм.
— Так по-твоему, я захотел тебя вые*ать, потому что решил подставить перед отцом? И ты все это время тщательно шифровалась, как будто он и вправду ни о чем не догадывается?
— Именно. Догадывается. И ждет, когда схватит нас на горячем. А может ты и сам это все специально сейчас провоцируешь? Поскольку иного объяснения твоим выходкам я не нахожу.
— РЕАЛЬНО? Я провоцирую? — я даже не заметил в какой из моментов мы перешли с очень громкой тональности повышенных голосов на очень громкие крики. По ходу, я и без того уже ничего не замечал и не понимал. Видел только перед собой перекошенное от возмущенной обиды лицо Стрекозы, ее далеко не фальшивое ко мне отношение (как к какому-то безмозглому придурку) и понимал, насколько она сейчас от меня далеко. Даже когда еще неделю назад в этой самой квартире она смотрела на меня, как на стопроцентное порождение ада и бездушного монстра, даже тогда я не ощущал между нами столь чудовищно огромной пропасти. А сегодня и сейчас…
— Что-то ты до его прихода сюда так раньше не осторожничала, да и в ресторане совершенно не сопротивлялась. Может уже объяснишь, с какого перепугу ты вдруг так резко начала меня сторониться? Что он тебе наговорил? И что ты мне все эти дни не договаривала? А может просто передумала? Решила все переиграть и перейти на сторону сильнейшего? А сегодня провернула еще одно очередное из своих коронных прощаний, какими привыкла одаривать всех своих бывших хахалей?
