Сука. Надю по-другому не назовешь. И это пока я хожу по полуразрушенному зданию и пытаюсь не сломать шею.
— Босс! Нам бы план подтвердить окончательный.
— Давай, а то мне невестушка ужин горячий организовала, — почти шиплю, пробираюсь по широкой балке к импровизированному кабинету.
— Сама будет готовить? — улыбается прораб, я хмыкаю.
— Она только мой мозг уже пять лет готовит.
— Ну, твоя невеста горячая штучка, — замечает прораб Рамиль, а у меня только перед глазами стоит действительно горячая штучка. И я очень надеюсь, что она найдет повод на этот ужин не прийти. Нечего ей там делать. Раздраженно смотрю на план и расчеты. Мне нравится этот проект, но уже хочется скорее перевести Алену в квартиру и не думать о бурчащем о моем поведении отце. На слова, что я взрослый и сам могу решать, он только фыркает. А на мой проект экологического отеля он даже не взглянул. Ну, конечно, такое для него блажь, а для меня способ не только показать людям, какой я замечательный, но действительно сделать место, в котором можно отдохнуть от города в самом городе.
И вряд ли я бы решился, если бы не Алена, которая так любила в детстве плести венки, и мечтающая, чтобы все люди на земле были здоровы и счастливы. Я ей еще тогда сказал, что это невозможно. А теперь мне невозможно быть без нее.
После отъезда с бывшей овощной базы, где и будет располагаться эко-отель, я еду в центр партии, в которой теперь состою. Здесь же встречаю Артура, который теперь вроде как со мной не разговаривает. Но зато уже в курсе об ужине.
Вообще это место напоминает джентельменский клуб, где мужики как курицы кудахтают о делах насущных и решают вопросы, которые не требуют обсуждения. Например, новая образовательная поправка, которая не несет никакого смысла. Но обсудить надо, чтобы занять положенные здесь полчаса. Отец тоже здесь, но решает более важные вопросы. Распределение бюджетных средств. Вот уж точно монополия. Им только доски и значков не хватает.
— Никитос, с тобой че? Запор? — спрашивает кто-то, а остальные ржут. А мне вот не смешно. Кажется, что стены сдвигаются, а дышать нечем. В башке гул. Хороший вопрос, что со мной. Отличный, бля. Херово мне, вот что. Просто вот, блять, пиздец как.
Поднимаюсь медленно и иду на выход, не могу здесь больше находиться. Не могу.
Может, все из-за звонка Нади, которая возомнила себя начальницей. Может быть, ей напомнить, кто в отношениях главный? А может, забрать Алену и умотать на море, наслаждаться ее видом в купальнике, а лучше без.
Дохожу до тачки, и мне неожиданно прилетает в ухо голос отца. Он уже рядом.
— Нельзя все бросать из-за мимолетного влечения. Ты к этому шел очень долго. И тебя никто не вынуждал встречаться с Надей. Но теперь ваш разрыв может сильно ударить по предвыборной компании, которая на носу. Понимаешь?
— Понимаю… Можно расстаться тихо, можно жениться на Алене. Она тоже воспитана не хуже и есть вкус. Ты же видел, как она одевается.
— Нормально она одевается, а у тебя мозги в яйца утекли. Такие, как она, хороши для постели, а на приемы ходить лучше с Надей…
— Мы с Аленой договорились только до моей свадьбы.
— Вот и отлично. Трахайся, свози ее куда-нибудь. Очень скоро она тебе надоест, или ты, или кто-то из твоих друзей наткнется на ее фото в интернете на сайте интим услуг. Сын, она девочка хорошая, не замаранная тем миром, в котором жила, но она может навредить тебе. Твоей семье. Бизнес пойдет плохо, репутация провалится в трубу. Вот задайся вопросом, что лучше. Быть женой бедняка? Или любовницей богатого. Тебе не кажется, что она достаточно нахлебалась в бедности. Ты сам ее и закапаешь. Стоит ей появиться с тобой в свете, стоит только массе людей заметить, насколько она хороша, о ней начнут копать все и найдут, сеть — дрянь такая. Осознаешь?
Прикрываю глаза и киваю, понимаю, отец прав. Осталось это как-то донести до Алены, которая почему-то решила, что предложением тайной связи я ее унижаю. Но я ей жизнь нормальную предлагаю, просто видеть рядом с ней никого не хочу.
— У нас, говорят, ужин сегодня?
— Через час… — поднимаю голову, часто дыша. — В Метрополе.
— Надо перед ужином отправить Алену твою домой. Нечего ей там сидеть и смотреть, как Надя с тобой милуется. И отправь ты ее на квартиру.
— Боюсь, что сбежит…
— Приставь охрану…
— Да что ей это охрана. Она меня уложить может.
— Де-ела… А с такой военной подготовкой ты задавался вопросом, сколько у нее было… — отец мнется, а я понимаю, о чем он хочет спросить, но рот ему затыкать не буду. — Клиентов.
— Не много. Там все, — поднимаю на отца неловкий взгляд. — Там все аккуратно, но она… Умелая. Короче, я больше не собираюсь с тобой обсуждать личную жизнь.
— Тогда поехали! Нам бы раньше остальных успеть.
Но увы. Мы в Москве. А Москва, как и другие столицы, славится своими пробками. Так что приехали мы, когда ужин был в самом разгаре. Надя тут же бросилась ко мне обниматься под одобрительные улыбки ее родителей.
— Сразу видно, молодежь. Надя, отлипни ты от него. Вы должны держаться строго.
