Он пугает меня. Страх пробирает до дрожи. Потому что я вижу в его глазах беспощадность. А сама желаю протянуть к нему руку, коснуться ремня и вызволить член из брюк. Взять его в рот. Ощутить губами его твёрдость и гладкость. Как тогда в клубе. Смотрю на него голодно и жадно.
Он тоже тяжело дышит. Вижу его возбуждение. Оно зародилось ещё там, за столом в ресторане.
Сцепились взглядами, будто готовы в любой момент сорваться и поглотить друг друга.
Но у Ратмира куда больше выдержки, чем у меня. Это я плавлюсь от его близости. Это моё сердце разрывается от переполняющих чувств. Это я готова броситься в его тёмный омут, рискуя разбить макушку об каменное дно.
А Сабуров просто поворачивается к рулю, и машина трогается с места.
Мне кажется, если я не займусь с ним сексом, то неудовлетворённость разорвёт меня на куски.
Больная. Ноющая. Раздирающая.
Поправляю юбку вниз и сажусь прямо.
Мы добрались буквально спустя пару минут. Он гнал машину на высокой скорости. Подозреваю, это помогло снять напряжение. Но не мне.
Ратмир вытащил меня из автомобиля. Приобнял и повёл вперёд. В дом, через главный ход.
Я опешила. Сейчас этот жест не ради зрителей, а потому что сам не может держать руки подальше от меня.
Сердце трепыхалось в груди как бешеное. Неужели всё случится наконец?
Мы ввалились в дом с явным намерением добраться до ближайшей койки. Это вдруг стало для меня таким же очевидным, как бег времени.
Ещё чуть-чуть. Один лестничный пролёт до второго этажа и десяток шагов до его спальни. Коленки подрагивали, ноги едва меня слушались. От предвкушения совсем потеряла контроль.
Как вдруг он резко остановился. Я настолько погрузилась в свои чувства, что не сразу поняла, в чём дело.
Подняла глаза к лестнице. Тупо уставившись на человека, сидевшего на ступенях.
Не его узнала даже. Это лицо, как ненужное воспоминание, стёрлось из памяти.
— Вот так значит, братец, — Рустам поднимается с места, глядя в нашу сторону.
Старший брат отпускает меня. Тут же становится неуютно и холодно.
Ощущаю себя отверженной. Стесняется меня? Я вновь недостаточно хороша, а он об этом просто забыл на короткое мгновение?
— Иди к себе.
Он посылает в комнату горничной. Не в свою спальню. Смотрю секунду на него, пытаясь понять, что им движет.
Господи, только бы в его голову не пришла мысль, что я разбила младшему сердечко.
Снова перебираю в памяти события вечера нашего знакомства. Интересно всё же, почему он отослал Русика за границу.
Ужасно хотелось остаться и послушать.
Уходила медленно, ловя обрывки фраз.
— Мама упоминала, что эта шлюха работает здесь, — доносится голос Рустама.
Речь явно обо мне. Становится противно. С другой стороны, я делала минет его брату во время нашего никудышного свидания. Сложно его винить за брань.
Ратмир ему что-то ответил, но так тихо, что не смогла разобрать. А потом они и вовсе поднялись наверх.
Мама упоминала…
А догадывается ли мама, что её родной сын пытался за мной ухаживать? Кажется, если бы знала об этом, то и вовсе сжила бы меня со свету. Представила подобное, и по коже пошли мурашки.
Сняла дорогие шмотки, смыла косметику и лежала в постели. Ждала. Думала, что он придёт. Пообщается с братом и вернётся за мной.
Но он не пришёл. Я ведь чувствовала его желание. Не менее горячее, чем моё. Оно весь вечер сжигало нас, лизало языками пламени.
Свернулась клубочком, подобрав к себе коленки.
Тревога закралась в сердце, подсказывая недоброе.
Объявление брата отбросило наши «отношения» назад. В тот мир, где я отрабатываю долг и помню своё место. Я поняла это на следующее утро, ощутив между нами дистанцию размером с Гранд-Каньон. Должно быть, Ратмир объяснил младшенькому историю моего грехопадения. И то, почему я оказалась в их доме.
Патимат радовалась возвращению Русика.
— Может, хоть это сделает госпожу Фатиму чуточку добрее, — напевала она себе под нос, готовя завтрак.
А я уныло размешивала пенку в стаканчике кофе.
Наутро создалось впечатление, что события вчерашнего вечера привиделись. Показались. И ничего у Ратмира ко мне не ёкнуло. Ну да, защищал свою собственность. Злился, что на неё покусились. Но не более того. Ах, да. Ещё залез к ней в трусы. Развлечения ради.
Взглянула в окно. Надо было перестать постоянно о нём думать. Выкинуть из головы. Он, как болезненное наваждение, раз за разом возвращался обратно. Зажмурилась, пытаясь стереть его лицо из памяти, но оно словно приклеилось на сетчатку глаз.
Новый год на носу. Хотела провести его со своим самым близким человеком. От Ратмира через Патимат на днях прилетел ещё один конверт. Сначала думала снять домик где-нибудь в лесу для нас с Анечкой. Но цены ближе к праздникам взвинтили до космических высот.
