Оказавшись на улице, Маша глубоко вздохнула. Она могла бы позвонить Киру, и он бы забрал ее прямо сейчас. Однако ей требовалось немного свободы и времени, чтобы подумать. Как-то слишком запутанно все стало. Для нее - однозначно.
Машка вернулась в квартиру Савелия, как и обещала, только в воскресенье. Шеф удостоил ее коротким приветствием и тут же заперся до самого вечера в своем рабочем кабинете.
Мари предпочла не приставать к руководству с расспросами о его самочувствии. Хотел бы - сам бы обо всем рассказал.
Воскресный вечер прошел так же, тихо и спокойно. Ужин доставили из ресторана. Шеф прихватил свою порцию и вновь погрузился в работу. Маша в недоумении мысленно разводила руками. А потом решила: не орет - уже хорошо.
В таком же ключе прошло полторы недели. Ремонт в квартире Марианны был завершен. Шеф, с позволения доктора, уже мог изредка выходить на работу, несмотря на подходящий к завершению карантин. И все было бы замечательно, если бы не глухая отстраненность Адмиралова. Он словно и не замечал присутствия Маши в своей квартире. Да, он разговаривал с ней во время завтраков. Спрашивал о делах компании и об атмосфере, царившей в офисе, но все с теми же интонациями Савелий говорил и со своим секретарем, или с начальником отдела кадров, или с юристом. Словом, он общался с Машкой так, как и с другими сотрудниками своей компании.
Марианна должна была бы радоваться этому. Но нет. Она по необъяснимым причинам грустила.
Ранним утром Юрик-младший резво мчал хозяйку в сторону «ТранзитЭлита», вливаясь в транспортный поток. Машка первую ночь провела в своей отремонтированной квартире. Спала в собственной мягкой постели. И даже умудрилась наспех позавтракать.
Оказывается, за те недели, что девушка провела в доме Адмиралова, она успела привыкнуть к ранним приемам пищи перед работой. И проснувшись еще до звонка будильника, Мари потопала в сторону кухни. На автомате вынула продукты из холодильника и принялась готовить завтрак. И только когда перестала зевать, взглянула на сковороду и поняла, что омлет получился для двух персон.
А на столе - две тарелки и две пары столовых приборов.
Чашки кофе тоже две.
Выдренко пришлось долго стоять под контрастным душем, чтобы разложить все свои мысли по полочкам. И понять: она привыкла к Адмиралову.
Понимание гулко отдалось в душе болью и чувством безысходности. Случилось нечто непоправимое. И пока девушка не знала, что ей с этим пониманием делать.
Пришлось наспех позавтракать и мчаться на работу.
Проезжая мимо кофейни, где по утрам можно было купить горячий, ароматный кофе с шоколадной крошкой и ванильным или карамельным сиропом, Марианна вдруг решила, что просто сойдет с ума, если не купит пару порций. Поэтому девушка припарковала Юрика перед входом в «ТранзитЭлит», а сама помчалась за утренним кофе.
Спустя пятнадцать минут, Машка уже стояла перед стеклянными дверьми здания Адмираловской фирмы и испытывала странное чувство смущения.
Девушка держала два стаканчика кофе в руке. Два. Один, разумеется, для себя. Второй - Бармалеевичу. Бойкая Машка не знала, подняться ли ей на этаж, где располагался кабинет Адмиралова? Оставить кофе на его столе? Передать лично? Вопросов было тьма. И ни единого ответа.
Вздохнув, Маша сделала небольшой глоток из своего стаканчика. Просто не смогла устоять - настолько изумительно пах любимый напиток. К тому же, Марианна надеялась, что кофеин поможет мыслям выстроиться стройным рядочком, а не валяться бесформенными кучками.
Кофе был именно таким, каким его любила пить Марианна: в меру горячим, в меру сладким и бодрящим.
Девушка не успела сделать второй глоток. Кто-то бесцеремонно толкнул ее в спину. Стакан кофе не выдержал такого варварского обращения и вылетел из рук Выдренко.
Машка, словно в замедленной съемке, смотрела, как стакан падает на брусчатку к ее ногам, ударяется, крышка отлетает, а почти все содержимое оказывается на ее белоснежных кедах.
- Чтоб тебя лысые ежики покусали! - прошипела Машка, видя, как ее обувь медленно превращается в пятнистое чудо.
- Доброе утро, Марианна Михайловна! - раздался низкий голос над самым ухом.
Машка сглотнула. Кажется, сейчас она либо убьет собственного шефа, либо совершит самый безумный поступок в своей жизни.
Оборачивалась Маша очень медленно, словно давала время Савелию испариться. Но молодой человек стоял, снисходительно улыбался уголком губ и смотрел на Машку с высоты своего роста.
Первым, что бросилось в глаза, оказался наряд шефа. Костюм был строгий, дорогой, шитый на заказ и… светлый.
Машка недолго мучилась в раздумьях. Просто протянула руку и выпустила полный стакан кофе, позволяя ему упасть к ногам Бармалеевича.
На мгновение Машка увидела капельку удивления в глазах шефа. А потом, когда красивая и дорогая ткань брюк была покрыта не менее красивыми пятнами кофе, в глазах Адмиралова появились более примитивные эмоции. Вроде тех, что толкают на рукоприкладство, требуя крови обидчика.
Словом, Машка не успела пикнуть, как Адмиралов уже схватил ее за локоть и потащил в сторону входных дверей.
