Кажется, он умрет, если не попробует вкус ее кожи с тонким ароматом духов и чего-то сладкого, вкусного, пьянящего точно дорогое вино.
Он не мог устоять. Почти набросился на девичье тело, прижимая, поглаживая, прикусывая, и тут же, словно извиняясь, целуя нежную кожу.
А Машка предпочла забыть обо всем на свете. Перед ней был молодой человек, который ей безумно нравился, от мыслей о котором хотелось жмуриться, или же придушить самого Бармалеевича голыми руками. Он то бесил ее жутко, то выводил из равновесия, то поражал.
Но, разумеется, это была не любовь. Нет, конечно же, нет.
Влечение - да. Притяжение - да. Любовь - нет. Машка бы поняла, что влюбилась. Определенно поняла бы.
Платье улетело за кровать. Туда же отправились мужской пиджак и рубашка.
Савва прижал широкие ладони к девичьему животу, заставляя Машу лечь на спину. А в следующее мгновение буквально набросился на желанное тело.
Марианна и сама не заметила, как оказалась под крепким мужским телом. Она шумно и рвано дышала. Мысли путались. А смущение испарилось. Машке хотелось быть ближе. Хотелось прижаться всем телом к смуглой коже молодого человека.
Машка задохнулась от откровенных прикосновений. Она никогда не думала, что может чувствовать так. Она словно шла по неизведанной территории, боялась каждого шороха, боялась демонов, прятавшихся в тени.
- Савушка! - выдохнула Машка по слогам, извиваясь в умелых и опытных руках.
Савелий в ответ что-то простонал, неразборчивое, подозрительно похожее на не самую нормативную лексику. Но было откровенно плевать. Машка уже не была хозяйкой собственного тела. Она стонала, прикусывая кожу на плече Адмиралова. Пыталась свести коленки вместе, и в то же время, стремилась быть ближе к нему.
- Маш, Машка, Машенька, - шептал Савелий, с тягучей мукой в голосе, в то время, как его пальцы откровенно хозяйничали в девичьем теле, подталкивая к зыбкой грани. - У меня нет с собой… Нет презерватива… Я как-то отвык от свиданий…
- Я убью тебя, Бармалеевич, - простонала Марианна, не имея больше сил сопротивляться ярким эмоциям и лавине страсти, которые спровоцировал Савва.
- Убей, Маш, - хрипло выдохнул Савелий. - Но после.
Машка, кажется, оглушила своим стоном собственного шефа. Но он был только рад такой контузии. Он лежал и покрывал короткими, лихорадочными поцелуями висок, скулу, щеку вредной девчонки, пытался хоть как-то успокоиться и уговорить себя не шевелиться.
- У тебя удобная кровать, Маш, - пробормотал Адмиралов. - Но моя больше.
- Хвастаешься? - хмыкнула Маша, плотно закрыв глаза.
Она вдруг вновь начала смущаться в присутствии этого невозможного мужчины, несмотря на то, что все еще лежала обнаженной в его руках. Более того, он все еще тихонько поглаживал чувствительные участки кожи на ее теле. Отчего внизу живота скручивалась и натягивалась тугая пружина, грозя вновь снести Машкину выдержку вместе со скромностью.
- Нет, приглашаю к себе, - пояснил Адмиралов, устраиваясь удобнее на кровати и притягивая Машу ближе.
- Нас, кажется, ждут в гостях, - напомнила Марианна, бросая ленивый взгляд на лежащее на полу платье.
- Плевать! - фыркнул Адмиралов. - Едем ко мне! Одевайся!
- Кто раздевал, тот пусть и одевает, - сонно парировала Маша, ей не хотелось двигаться, а куда-то ехать - тем более.
- Маш, если я начну тебя одевать, то опять раздену, - признался Савелий, опрокидывая девушку на спину и нависая сверху. -И тебя не спасет отсутствие контрацептивов.
- Кто сказал, что их у меня нет? - хитро пробормотала Марианна.
Савелий шумно выдохнул. Кажется, он уже не так резво собирался домой, где их ждала кровать большего размера. Вот только факт присутствия презервативов в квартире любимой девушки его несколько злил. Вернее - злил очень сильно.
И вновь вспомнился какой-то «Кирюша». Взыграли собственнические чувства. Хотелось прорычать «МОЯ!» и посадить под замок размером с Вселенную.
- Одевайся, и прихвати чемодан с вещами! - скомандовал Адмиралов и встал с кровати.
Машка смотрела, как широкая спина шефа скрылась в коридоре. Девушка прикрыла руками лицо.
Боже мой! Что только что произошло?! Она почти переспала с собственным шефом. И не просто с шефом. А с Савелием Адмираловым!
Хотелось плакать и смеяться одновременно. Но Машкины мысли прервала вибрация сотового.
Кажется, в пылу страсти Савва не заметил, как из кармана выпал мобильный. Машка не собиралась смотреть. Честно. Но экран был повернут к ней и услужливо показывал половину входящего сообщения.
«Надоест трахать выдру - приезжай. Жду дома. Твоя…»
Машка вмиг позабыла обо всем на свете. О том, что уже мысленно собрала чемодан. О том, что капитулировала перед этим мужчиной. Все, что она понимала - кто-то ждет Савву дома. Где это «дома»? Там, куда он собрался ее везти? Кто она, та, которая ждет его? Для нее он готовил ужин в тот день? Зачем тогда ехать Машке к Адмиралову? Трахать выдру? Урод! Самый последний урод!
Маша взлетела с постели. Вынула из шкафа халат, туже затянула пояс на талии, перехватила в руку телефон и отправилась гнать Бармалеевича со своей жилплощади.
