Машка не поняла, как оказалась на спине. Прохладные простыни смогли всего на миг остудить пылающее страстью тело. Но стоило Савелию скользнуть руками к девичьим бедрам, как жажда прикосновений стала непереносимой. Марианна извивалась, пытаясь быть ближе к этим рукам, губам, смуглой коже, не стесненной одеждой.
- Маш, я здоров, - донесся хриплый голос до слуха Мари.
Черт! К чему именно сейчас говорить об этом? Машке было плевать! Она и сама прекрасно знала, что Адмиралов уже излечился от своей ветрянки. И других болячек подцепить не успел. Иначе она знала бы. Савва, скорее всего, вновь заставил бы его лечить.
Мысли роились, скручивались в спираль, и уже было не разобрать, какие из них важные, а какие не стоят внимания.
Все, о чем могла думать Машка - влажные прикосновения жадного рта к ее груди и легкие, но твердые поглаживания между бедер.
Разумеется, Маша понимала, что именно произойдет. Морально она уже была готова. Но в физическом плане боялась. Она видела габариты Адмиралова, и просто не представляла, как именно «он» сможет поместиться в ее теле.
Именно об этом она и хотела спросить. Ведь партнеры могут говорить на разные темы? Даже если эти темы абсурдные.
Но ничего спросить Машка так и не успела. Она почувствовала твердое скольжение и вскрикнула, когда давление оказалось непереносимым.
Савелий замер, нависая сверху, удерживая вес тела на локтях. Лбом он прижался к влажному от капелек пота лбу девчонки.
- Машкааааа…- выдохнул он, оставляя долгий и властный поцелуй на припухших губах.
В ответ услышал тихий стон. Он понимал, что Машке больно. Но и остановиться не мог. Его словно швырнуло с обрыва неведанной силой. Швырнуло, отшибло все мозги, расплющило о скалу, сдавливая грудь, не позволяя дышать. Савва действовал на инстинктах, чувствуя, что только глубокие размеренные движения помогут ему вырваться из этого омута. Но он был обречен. Размеренные движения превратились в мощные толчки.
И он замер, оттягивая момент, когда не сможет больше контролировать свое тело. Такого не случалось ранее. Он был выбит из колеи, растерян и оглушен столь новым для себя состоянием. Но нашел в себе силы, чтобы, удерживая Машку, перевернуться на спину.
Марианна тихо пискнула, склонила голову, позволяя волосам скрыть лицо. Но Савва поднял руку, убирая длинные пряди в сторону.
- Все хорошо, Маш? - прошептал Адмиралов.
Но потому увидел потемневшие от страсти глаза своей вредной выдры, припухшие губы и нежный румянец. Он и без слов видел, что даже если Маша и испытывала боль, то она была терпимой.
Адмиралов улыбнулся, приподнял Машку за бедра и позволил ей самой двигаться так, как ей этого хотелось.
Марианна Михайловна прикрыла глаза от нового ощущения. Ей казалось, что она не выдержит больше. Но Савва продолжал удерживать ее крепкими руками, а потом и вовсе скользнул пальцами туда, где им быть совершенно не полагается.
Машка удивилась, почему от ее крика не вылетели стекла из окон. Она обмякла в руках своего мужчины, чувствуя, как он, дернув бедрами, погрузился в ее тело в последний раз, а потом крепко обхватил руками.
Их дыхание было надрывным, словно после марафона. Волосы липкими прядями обвили их тела. А сердца бились в сумасшедшем ритме, одном на двоих.
Кажется, Маша на миг исчезла из реальности, погрузившись в приятную негу. Она чувствовала, как горячие ладони поглаживают ее спину и бедра, ну и попу, куда уж без нее. Легкая улыбка играла на девичьих губах. А потом Машка и вовсе захихикала.
- Смеешься? - в шутку обиделся Савва. -Я, знаешь ли, рассчитывал на более высокие чувства после занятий любовью.
- Я просто вспомнила свою мысль, - поделилась Машка. -Но она глупая, поэтому о ней я тебе не расскажу.
- Я могу быть очень убедительным, - самодовольно заявил Адмиралов, а потом с тихим рыком прижался к Машкиной шее. Та взвилась от смеха.
- Хорошо! Хорошо! - капитулировала Марианна, а потом призналась: - Я просто подумала, как «он» поместиться «туда».
- Что сказать… Я могу впихнуть невпихуемое, - фыркнул Савелий, а потом, убрав волосы с лица девчонки, серьезно спросил: - Как ты? Сильно болит? Я малость не сдержался.
- Я заметила, - улыбнулась Маша. -Не заметила презерватива. А в остальном, все чудесно.
- А мы, Машка, без него, - Савва склонился к лицу девушки и принялся оставлять короткие поцелуи на щеках и губах.
Марианна минуту наслаждалась этой сладкой лаской, до тех пор, пока смысл сказанных слов ни дошел до нее.
- Что ты сказал??? - выдохнула Марианна, а потом уже громче, заставив Адмиралова поморщиться: - Как это «без него»?
- Да ладно, Маш, все же хорошо, - спокойно произнес Савелий, но Маша вывернулась из его рук.
- Что ты такое говоришь, Савелий Бармалеевич?! - кричала Марианна, гневно сверкая глазами. -А если будут последствия? Если я забеременею? Ты об этом подумал?
- Подумал, - кивнул Савелий, он все так же лежал на постели, улыбался, сцепив руки под головой. Словом, мужчина не выглядел испуганным перспективами отцовства. -Мне кажется, ты будешь очаровательной выдрой, проглотившей арбуз.
- Идиот! - выкрикнула Машка.
