Когда Ян ушел, Стась еще раз оценил позицию на доске. Шансов у белых не оставалось никаких: при умелой игре черные методично и последовательно вынуждали белых на невыгодные размены. Белый король еще не был в ловушке – после шаха он мог отступить на любое из белых полей, примыкающих к его собственному коню. Но погоня продолжалась бы еще несколько ходов, прежде чем превосходящие силы черных окончательно загоняли белого короля в угол и ставили мат. В конечном итоге черные выходили на диагональ, через которую курьер, поддерживаемый ферзем и прикрытый другими фигурами, наносил решающий удар: шах и мат! Стась взял в руку курьера и легонько стукнул им белого короля. Затем поставил фигуру на место и удовлетворенно откинулся на подушки, закрыв глаза. Он хотел было убрать фигуры, но заснул прежде, чем успел это сделать.
#
Проснулся Стась от легкого постукивания фигуры о доску. С трудом открыл глаза. Доска с расставленными фигурами так и стояла у его ложа. При ней, на принесенном из гостиной стула, сидел немолодой мужчина, одетый по-польски – богато, даже с роскошью. Аккуратно подстриженная седая борода, мохнатые ресницы, мешки под уставшими, выцветшими глазами. В руках он держал черную ладью, которой и постукивал по доске.
– Пан Станислав не против продолжить игру?
Стась, не до конца оправившись от удивления, кивнул головой.
– Хорошо.
Незнакомец убрал черную ладью с доски и поставил на ее место белого курьера. Стась выругался про себя. В отличие от пассивно обороняющегося Яна, незнакомец резко обострил игру. Он уже понял, что вместо легкого выигрыша его ждет тяжелая, изнуряющая партия. И все же преимущество в фигурах и расположении у Стася было велико. Курьеры, муж, дурак занимали атакующие позиции. Пешки проредили линию фронта, освобождая путь дальнобойным фигурам. А еще у него было Предвидение. Обдумывая ответный ход, Стась решил воспользоваться своим Даром – и тут же замер с пешкой в руке.
Он прекрасно знал, что может видеть на несколько шагов вперед: предугадывать ходы противника и выстраивать безупречную, практически беспроигрышную стратегию. Но сейчас, стоило ему сосредоточиться, все пошло наперекосяк. Вместо одной-двух возможных линий развития событий перед глазами Стася возник десяток размытых сценариев. Фигуры на доске, будто живая ртуть, растекались по клеткам в разных вариантах: в одном случае черный курьер проскальзывал на дальнюю диагональ, в другом – черный конь уже блокировал белую пешку, в третьем – ферзь противника вставал в самом центре, превращая позицию в хаос.
Стась двинул пешку и понял, что это лишь начало. Каждую ветвь перебивали десятки ответных ходов, и все они разом занимали его внутреннее зрение. Образ доски начал не то чтобы двоиться – он множился, дробился на ряды призрачных полей, мерцающих в глубинах сознания. Стась моргнул, стараясь удержать фокус хотя бы на одном четком сценарии, но не смог. Он ощутил нарастающий шум в голове, будто множество голосов зашептали разом, предлагая разные решения, изменения, угрозы. Вдруг он осознал, что видит не просто потенциальные ходы – он «слышит» их логику, скрытый замысел. Эта лавина вероятностей обрушивалась на него без передышки. Но если он «слышит» их, значит, кто-то произносит их. Стась поднял глаза на противника. Выражение того оставалось спокойным и уверенным, лишь уголки губ были приподняты в едва заметной улыбке под ровно подстриженными усами.
Руки у Стася дрогнули. Он умел применять свой дар в бою, где выбор примитивнее: ударить влево или вправо, сделать выпад или увернуться, шагнуть вперед или назад. Но в шахматах возможны бесчисленные решения! Каждый ход опутан десятками нитей, уходящих вглубь будущего. Сосредоточившись, он попытался отсечь лишнее, но тут увидел нечто настораживающее. В одном из грядущих вариантов противник, сидящий напротив, поднял бровь и совершил очень странный ход. Стась «посмотрел» еще дальше вперед, стараясь удержаться на этом сценарии и отбрасывая остальные, но не смог. Новый поток призрачных продолжений вновь хлынул в сознание, а ходы противника выглядели невероятно точными, словно он уже знал итог каждого размена и жертвы. Словно этот человек видел будущее, где Стась неизбежно проигрывал.
Стась сглотнул вязкую слюну. Собрав волю, он попробовал сосредоточиться на другом ответвлении. Не все потеряно! Он сделал удачный ход и… снова тот же выверенный ответ оппонента, предвосхищающий его действия. Внутри у Стася похолодело. Дар не приносил пользы: слишком много вариантов, слишком много параллельных вселенных партии, сливающихся в сплошной туман. А противник не просто владел таким же талантом – он делал это лучше. Он не только видел ближайшие ходы, но и умел задавать их направление, уводя Стася в лабиринт ложных надежд. Сражайся они оружием, Стась несколько раз уже бы пал.
