– А как же, красавица! – улыбнулся леший. – Конечно бывает! Когда птенчики из яичек повылупляются, то матери их чем-то кормить надо. А букашек-то не всегда вдосталь наловить удается. Вот она и подкармливает их молочком, что в зобе носит. У голубей лесных его много, у глухарей, свиристелей… Да почитай у всех птиц есть. У одних больше – у других меньше. Вот только об этом никто не ведает. Только слухи меж людей ходят, мол птичье молоко – это что-то необыкновенно и даже в мечтах несбыточное. Никто не знает, каково оно на вкус. А у меня есть. – Леший раскупорил один из маленьких кувшинчиков: – Попробуйте, может и по вкусу придется!
Дубыня разлил по чаркам что-то белое, тягучее. Поднес дивный напиток каждой берегине. Русалки, сомневаясь, переглянулись – так ли вкусно это хваленое молоко? – неспешно его опробовали. Да: сладкий вкус, необычный запах. Но в общем ничего особенного, похоже на козье. Только слаще и гуще.
– Да-а… Замечательная у тебя торба! – протянула Белана. – В ней что же – все есть? Все-все?
– А как же, Беланочка! – довольный тем, что смог хоть чем-то удивить русалок, важно ответствовал леший. – Конечно, в этой суме все есть! Все что только пожелаешь! Из нее много чего можно достать! И то что для житья потребно, вот как например это пропитание, и… – Тут Дубыня хитро заулыбался: – И одежка в ней имеется – какую только измыслишь и восхочешь! Только чтоб сумочка всегда давала, что тебе надобно, есть одно условие: не жадничать и не просить несбыточного иль неразумного. Иначе пропадет ее чудный дар.
Леший с довольством оглядел изумленных русалок. Да! Хоть им и самим доступно многое, но оказывается в мире есть столько чудес, про которые они и слыхом не слыхивали! Да только из-за того, что они сейчас увидели, стоило завести знакомство с Хозяином Леса. Да! Он смог их удивить!
– Да вы девицы, что ж все на песочке маетесь, – вопросил леший, ласково улыбнувшись. – Вы давайте поближе к лесному столу подвигайтесь. В ногах правды нет, верно ты молвила, Белана. А ну-ка!
Леший вскочил, схватил свою клюку и неторопливо постукивая ею, обошел вокруг большого пня. Там где она касалась песка сразу же возникали такие же удобные пеньки, как тот, на котором он сидел. Березовые, с высокими спинками. Но Дубыня сделал их почему то не три – столько было русалок на берегу, – а пять. Сотворив последний, леший уселся на свое место. Пучеглазым взором оглядел свою работу, и по-видимому остался ею доволен. Леший широк улыбнулся.
– Вдруг еще кто к нам в гости заглянет, – пояснил Дубыня, – вот и будет ему место. А уж пригласим мы его к столу, иль нет – это наше желание.
Русалки, переглядываясь, чуть смущенно улыбались. Такого они не ожидали. Думали позвать старика, да позубоскалить над ним. А угодили на знатное угощение. Да еще какое! Где еще весенней порой можно увидеть летние и осенние ягоды; орехи или наливные яблоки? А что уж говорить о птичьем молоке, про которое они и слыхом не слыхивали?! И главное: отдариваться-то нечем! Если только действительно рыбки наловить – ее то уж точно у лешего нет. Или раков. Они уже стали выползать из своих зимних норок.
Леший истолковал молчание русалок по-своему.
– Может, вы людскую личину одевать не хотите, в девушек обращаться? Это да, – понурил он голову, – ни разу не видел, как вы перекидываетесь.
При этих словах Велла улыбнулась. Вот оно что! Попался Дубыня! Оказывается, леший не видел, как они принимают иную ипостась. Да и верно: откуда? Их пути пересекались редко. Не то чтоб между берегинями и Хозяином Леса вражда была, нет. Просто они в разных мирах живут. Он на земле – в лесу, они – в воде. Ну да ладно, сейчас она его поразит!
Внезапно на песке, там, где лежала Велла, возникло легкое туманное облачко. Мгновенно рассеявшись, оно открыло девушку. Обычную девушку, с руками – и главное! – ногами. Эта была та же самая Велла, веселая, смешливая, но иная – в людском обличье. Только даже в этой личине она оставалась русалкой-берегиней
Поднявшись с песка, Велла важно прошествовала к пню. Из одежды на ней была лишь небольшая поясная сумка. Русалка ничуть не смущалась своей наготы, и с трудом сдерживала рвавшийся наружу смех: Дубыня так вытаращил на нее и без того выкаченные глаза, что они стали похожи на рачьи. Вслед за Веллой, чуть ли не покатываясь со смеха, обратились в девушек Ярина и Белана. Наслаждаясь произведенным впечатлением, они так же важно, как их старшая подруга, встали и прошествовали к угощению. Белана вдобавок изящно повернулась вокруг себя, вздев над головой руки.
– Что, Дубыня? Как тебе русалки? Хороши?
Горло лешего пересохло. Неожиданно в нем появился неудобный ком.
Да что там ком! Будто сучковатая коряга в горле застряла, и ни туда ни сюда! Дубыня с трудом – за несколько раз – сглотнул и не своим голосом просипел: – Хороши!.. Слов нет! Вот не знал, что вы такие девицы расчудесные! Сколь лет живу да по лесу брожу – а не знал! Как же так?!
И смотреть на потешный, пораженный вид лешего, и слушать его причитания, все это доставляло русалкам несказанное удовольствие.
