– Пара погибла в девяностых. Но даже в советские, весьма строгие в отношении исполнения законов времена и сегодня, когда вроде навели порядок, можно приобрести чужое удостоверение личности. А уж в лихие девяностые это вообще была не проблема. Сообщили об уничтожении паспортов, а на самом деле отдали их другим людям. Тамаре на момент утопления было пятнадцать, Илья ненамного старше. Паспорт покойной Ефимовой могла получить молодая женщина девятнадцати, двадцати и более лет. Ну выглядит она взрослее, и что? То же и с Ильей. Главное для нас сейчас понять: настоящие ли Ефимова и Листов на том свете, у них появились двойники. В связи с этим возникает вопрос: госпожа Мендельсон переживала о смерти Ильи и девочки?
– Очень! – сказала я. – Нина, Ольга и Вера в один голос твердили, как она постоянно плакала. Потом уехала из поселка математиков.
Димон посмотрел на экран компьютера.
– В год смерти детей Саре Яковлевне еще не было пятидесяти лет. Муж был ее старше почти на три десятилетия. Госпожа Мендельсон жива, прописана в пяти минутах ходьбы от нашего офиса, дом стоит в тихом московском переулке. Квартира у вдовы триста метров. Есть «Бентли», не по спецзаказу, обычной модели.
– Простой «Бентли» стоит непростых денег, – вздохнул Никита.
– Сара Яковлевна не нуждается, – резюмировал Димон.
– У нее сын в США, – напомнила я, – наверное, он помогает матери материально.
– Я запустил поиск Павла, – кивнул Коробков, – но за пять минут сведения не соберу.
– Надо поговорить с госпожой Мендельсон, – ажитировалась Риччи, – возможно, она прольет свет на темную историю.
– Елена Николаевна и Виктор Маркович тоже могут владеть информацией, – предположил Иван Никифорович, – но навряд ли они ею поделятся. Елена и Виктор считают Инессу родной дочерью. Сейчас уже поздно. Завтра советую поговорить с Сарой Яковлевной. Посмотрю ее биографию, вдруг там есть нечто интересное.
У меня зазвонил мобильный, я посмотрела на экран и быстро спросила:
– Что случилось?
– Ничего сверхъестественного, – обрадовала меня Рина, – я нашла в Интернете мегавещь! Сегодня мы легко поставим Альберту Кузьмичу укол.
– М-м-м, – пробормотала я, глядя, как Никита убегает из офиса.
– Вы когда домой? – спросила свекровь. – Скоро? Поторопитесь. Антибиотики надо колоть по часам. Ну все!
Не успела я убрать телефон, как он снова зазвонил.
– Танюша, прости, я забыла самое главное! Ради него тебя побеспокоила, – прочирикала Рина, – купи в магазине для животных кошачьи вкусняшки с эффектом запертой пасти.
– Обязательно все сделаю, – пообещала я, спрятала трубку и посмотрела на Димона. – Глянь в Интернете, что такое вкусняшки для котов с эффектом запертой пасти.
Коробков побарабанил пальцами по клавиатуре и стал читать вслух:
– «Ваш кот не дает стричь когти? Кусается, когда вы пытаетесь сделать ему укол? Теперь все проблемы решены. Аппетитная смесь из мясных вкуснейших шариков в соусе на время лишит животное возможности открывать пасть. У вас будет всего пять-семь минут, но как много можно успеть!!! Внимание! Не превышать разовую порцию. Не давать пожилым животным и тем, кто имеет проблемы с дыханием или заболеванием ротовой полости. Предназначено только для котов и кошек. Способ употребления: вскрыть коробку, выложить содержимое в стеклянную или фарфоровую миску. Ложкой вынуть два шарика в соусе, подогреть до тридцати пяти градусов и угостить ими кота. Немедленно начинать процедуру. Помните, у вас есть только пять-семь минут».
Иван Никифорович поднялся.
– Сам зайду в ветеринарный магазин по дороге.
– Поеду к вам, – решила Ада, – я очень проголодалась.
– Я тоже, – сказал Димон, – у нас ремонт, Лапуля купила новую кухню. Вчера ее начали монтировать.
– Неприлично напрашиваться в гости, – заметила Риччи, – но Ирина Леонидовна очень вкусно готовит.
– Что правда, то правда, – сказал Никита Павлович, который успел вернуться в офис. – Один раз я ел типа котлетки в подливке. Просто нет слов.
Иван Никифорович ушел.
Ада захихикала, Риччи и Никита уставились на меня. Коробков рассмеялся.
– Тань, забирай голодную команду.
– Думала, они сами сообразят, что ужинать к нам едут, – улыбнулась я.
Никита и Риччи бросились к двери.
– Тсс, – зашипела Рина, когда я вошла в столовую, – не спугни котика.
– Где он? – еле слышно осведомилась я, услышала знакомый звук, вынула телефон и прочитала сообщение от Димона, который успел раньше меня приехать на ужин: «Сидит на столе. Не смотри на него».
Я бросила взгляд на Коробкова, который, как всегда, уткнулся в свой ноутбук, и громко спросила:
– Рина, тебе помочь?
Риччи вскочила.
– Я тоже могу быть полезной.
– Вот и хорошо, – защебетала Ирина Леонидовна, усиленно подмигивая нам. – Танюша, поставь на стол салат. Риччи, как ты думаешь, удалось ли мне сегодня вкусно приготовить мясо? Ну-ка, попробуй! А вдруг оно не удалось.
Мать Ивана и девушка ушли.
Я тоже сносилась на кухню, схватила салатницу и поспешила в столовую.
