Я тоже стоял и смотрел на них, потом внезапно лицо женщины исказилось ужасом. Она закричала, уронила свои свертки и бросилась ко мне. Взлетев по ступенькам, она схватила меня за отвороты пальто и сказала:
- Что случилось, скажите мне. Кто вы и что с моим сыном?
«Час от часу не легче, - подумал я. - Это мать Колдуэлла». Я взял ее за руки и, как мог, мягко произнес:
- Меня зовут Фред Пале, я приехал повидать Синди Колдуэлл. Это ее дом?
Женщина смотрела на меня, пытаясь понять, что я говорю. Через какое-то время она затряслась. По ее телу пошли такие жестокие судороги, что, не подхвати я ее, она упала бы с крыльца. Поддерживая женщину, я покачнулся и с треском ударился о дверь.
Водитель поспешил мне на помощь, и в этот момент дверь открылась. Синди Колдуэлл увидела такую сцену: на ее крыльце стоит незнакомый белый мужчина, поддерживая знакомую черную женщину. Она стала действовать.
Прикрыв на мгновение дверь, она появилась вновь, держа двенадцатизарядный пистолет, который очень ловко сидел у нее в руке, и процедила:
- Убери руки от моей матери и убирайся с крыльца. Надеясь не погибнуть по недоразумению, я сказал:
- Если я ее отпущу, она упадет.
Тут в поле зрения Синди появился водитель, и ее лицо сразу же прояснилось.
- Мейнард, что тут происходит? - спросила она у него.
- Не пойму, милая. Этот белый стоял на крыльце, когда мы подъехали, а твоя мама бросилась к нему, крича про твоего брата Кеннета.
Она вопросительно посмотрела на меня. Я сказал:
- Меня зовут Фред Пале, и если вы Синди Колдуэлл, мне нужно с вами поговорить.
Уже не так крепко сжимая пистолет, она ответила:
- Да, я Синди Колдуэлл. Я пока плохо понимаю, в чем дело, но вы можете войти, только помогите заодно и маме.
Я со всей осторожностью провел мать Синди в дом. Водитель такси вошел за нами и положил забытые свертки у подножия лестницы, ведущей наверх. Он стоял в смущении, не зная, уйти или остаться, кто я такой и что у меня на уме.
Я помог усадить мать Синди в кресло и отступил назад, выжидая. Молчание стало невыносимым, и я откашлялся и заговорил одновременно с Синди.
- Извините, продолжайте, - сказал я.
- Простите, - проговорила она, - обычно я не встречаю своих гостей с оружием в руках, но я услышала треск, испугалась, а когда увидела на крыльце вас и маму, то, естественно…
- Прошу вас, не извиняйтесь, - перебил я. - Не знаю, как бы я повел себя в подобной ситуации. Главное, никто не пострадал.
- Хотите кофе? И может, снимете мокрое пальто? А то простудитесь и заболеете.
Я согласился на то и на другое, тем более что, снимая пальто, я мог собраться с духом.
После нашего с Синди объяснения ее мать и Мейнард, похоже, успокоились и осторожно разглядывали меня. Видимо, испытание я выдержал, потому что женщина протянула руку и представилась:
- Ида Мэй Клемонс, а это мой муж, Мейнард. Садитесь, пожалуйста, устраивайтесь поудобнее. - И с этими словами она указала мне на большое кожаное кресло.
Я понял, что это кресло Марка Колдуэлла, и я должен был сидеть в нем, зная, что приехал нарушить душевный покой этой семьи. Я медленно сел и, понимая, что ступаю по очень тонкому льду, сказал:
- Ида Мэй, простите, что напугал вас, но я не знаком с вашим сыном Кеннетом. Где он?
Она собралась, выпрямилась в кресле и ответила:
- Мой мальчик Кеннет - морской пехотинец, он служит в посольстве США в Сайгоне, в Южном Вьетнаме, и через две недели возвращается домой.
- Я рад, что он цел и невредим и возвращается домой. Служба в посольстве - хорошая служба, безопасная. Я правда рад, что он скоро возвращается домой, - сказал я.
Заметив теперь мои короткие волосы и немодную одежду, она спросила:
- Вы тоже служите? Тоже были во Вьетнаме?
- Да, и я вернулся только вчера или, может, позавчера. Меня сбивают с толку 13 часов разницы во времени. - Они с Мейнардом сочувственно на меня посмотрели.
В этот момент в комнату вошла Синди с подносом, на котором стояли чашки, печенье, сливки, сахар и кофе.
Запах был восхитительный, я просто смертельно захотел кофе. Все что угодно, лишь бы сохранить непринужденную атмосферу и занять дрожащие руки. Мы немного поговорили, а потом Синди сказала:
- Что ж, Фред, приятно было с вами познакомиться и поговорить, но мне любопытно, что же привело вас в мой дом?
В ту же секунду входная дверь распахнулась, и появились две маленькие девочки. Обе они, едва войдя в гостиную, начали поворачиваться кругом, чтобы показать новую одежду. За ними вошла женщина средних лет с младенцем на руках.
Мое присутствие и цель моего визита были забыты. Все мы заахали и заохали и сказали девочкам, как им идет новая одежда. Когда возбуждение улеглось и девочек отправили в столовую поиграть, Синди представила мне пришедшую женщину:
- Это моя свекровь, Флоренс Колдуэлл. Флоренс, это Фред…
- Пале, - подсказал я.
- И он как раз собирался сказать нам, почему он здесь, - добавила Синди.
Я сделал глубокий вдох и сказал:
