Позволяет тебе делать, как ты хочешь,
И чей долгий день заполнен купаниями и кормлениями?
Ты об этом думаешь, ты это видишь?
Тогда открой глаза, сестра, ты смотришь на меня.
Я скажу тебе, кто я такая, что сидит тут так неподвижно,
Двигается по твоему знаку,
Принимает пищу по твоему желанию…
Мне десять лет, у меня есть отец и мать,
Любящие друг друга братья и сестры;
Юная девушка шестнадцати лет, летящая, как на крыльях,
Мечтающая о любви, которую скоро встретит;
Двадцатилетняя невеста с бьющимся сердцем,
Помнящая клятвы, которые она обещала выполнять;
В двадцать пять лет у меня уже свой ребенок,
Для которого я должна построить надежный, счастливый дом;
Женщина тридцати лет, мой второй сын так быстро растет,
Связанный со мной неразрывными узами;
Мне сорок, сыновья выросли и покинули дом,
Но рядом со мной муж, который не дает мне грустить;
В пятьдесят вокруг меня снова играют малыши,
У нас снова дети - у моих дорогих и у меня.
Пришли темные дни, умер мой муж,
Я смотрю в будущее и содрогаюсь от ужаса,
Потому что мои младшие уже сами растят своих детей,
А я вспоминаю о годах и любви, которую знала.
Теперь я старуха, а природа жестока -
Она любит сделать так, чтобы старый человек казался дураком.
Тело разрушается, грация и сила уходят;
И там, где у меня когда-то было сердце, теперь камень.
Но внутри этого старого остова
Все еще живет маленькая девочка,
И мое ожесточившееся сердце снова переполняется чувствами.
Я помню радости, я помню боль,
Я снова люблю и живу,
Я думаю о годах, которых было так мало
И которые пролетели так быстро,
И принимаю неумолимый факт, что ничто не вечно.
Поэтому открой глаза, сестра, открой - и увидишь
Не раздражительную старуху,
Присмотрись - ты увидишь меня!
Филлис Маккормак Предоставлено Рональдом Далстеном
Reprinted by permission of Michael McCormack. © Michael McCormack.
Последнее прощание
- Я собираюсь домой в Данию, сын, и хотел только сказать, что я тебя люблю.
В последнем телефонном звонке моего отца эта фраза повторилась семь раз за полчаса. Я плохо слушал. Я слышал слова, но не понимал их глубинного смысла. Я думал, что мой отец проживет больше 100 лет, потому что мой двоюродный дед прожил 107. Я не почувствовал его сожалений по поводу маминой смерти, не понял его отчаянного одиночества в «пустом гнезде», не осознал, что большинство его друзей уже давно покинули наш мир. Он постоянно требовал, чтобы мы с братом обзавелись детьми, чтобы он мог стать преданным дедом. Я был слишком занят антрепренерством, чтобы вслушаться в его слова.
- Папа умер, - со вздохом сообщил 4 июля 1982 года мой брат Брайан.
Мой младший брат - толковый юрист, у него отличное чувство юмора и быстрый ум. Я думал, что он разыгрывает меня, и ждал кульминации - ее не последовало.
- Папа умер в кровати, в которой родился, - в Роз-кельде, - продолжал Брайан. - Похоронные агенты отправят гроб с папиным телом и его вещи завтра. Нам надо готовиться к похоронам.
Я не мог произнести ни слова. Это не должно было случиться таким образом. Если бы я знал, что это последние папины дни, я бы предложил поехать в Данию вместе с ним. Я разделяю девиз хосписов: «Никто не должен умирать в одиночестве». При переходе из одной реальности в другую рядом должен сидеть любимый человек и держать тебя за руку. Я бы предложил ему утешение в последний час, я бы действительно слушал, думал и был бы настроен на вечность. Папа, как мог, объявил о своем уходе, а я не понял. Я почувствовал скорбь, боль и угрызения совести. Почему меня не было с ним рядом там? Для меня он всегда был здесь.
Когда мне было девять лет, он входил в дом утром, проработав 18 часов в пекарне, и будил меня в пять утра, почесывая мне спину сильными, мощными пальцами и шепча: «Пора вставать, сын». К тому моменту, как я одевался и был готов в дорогу, мои газеты уже были сложены и сунуты в корзинку велосипеда. При воспоминаниях о щедрости его души на глазах у меня выступили слезы.
Когда я участвовал в велогонках, он каждый субботний вечер проезжал 50 миль до Кеноши, штат Висконсин, чтобы смотреть, как я соревнуюсь. Он был рядом, чтобы поддержать меня, если я проиграю, и разделить мою радость, если выиграю.
Потом он сопровождал меня на все местные выступления в Чикаго, когда я выступал в разных учреждениях и церквях. Он всегда улыбался, слушал и гордо заявлял сидящим рядом: «Это мой мальчик!»
Сердце мое разрывалось от боли, потому что папа был рядом со мной, когда мне это было нужно, а меня с ним не оказалось. Мой смиренный совет - всегда, всегда делитесь своей любовью с близкими вам людьми и предлагайте присутствовать рядом с ними в тот священный момент, когда наша физическая жизнь преображается в духовную. Если вы окажетесь рядом в момент смерти дорогого вам человека, вы подниметесь на новую, более высокую ступень существования.
Марк Виктор Хансен
Сделай это сегодня!
Если вы собираетесь скоро умереть и можете позвонить только одному человеку, кому вы позвоните и что скажете? И чего вы ждете?
Стивен Левайн
