Опять исцелён, невредим, обновлён. Свет. Он переживал такое много раз, снова и снова. И каждый раз это было нечто прекрасное, волнующее и наполненное волшебством.
Фрау Тоссило проснулась. Она вылезла из-под крыла дракона и потянулась, подняв вверх худые руки. Сон пошёл ей на пользу. Её память понемногу восстанавливалась, и она больше не мерцала. По крайней мере, сейчас.
В животе вновь тревожно заурчало. Ночью она взяла кастрюлю, оставленную для неё Янкой под дверью, но теперь голод разыгрался ещё сильнее, чем вчера.
– Я сбегаю, куплю что-нибудь поесть. Какой-нибудь воскресный магазин уже открыт. Купить тебе три курицы или лучше пять?
– Я вообще не ем куриц, – ответил Курмо.
– Шучу, – поспешно заверила фрау Тоссило, уходя. – Конечно, я принесу буртельзур.
– Не надо. Я теперь буду питаться светом. Светом и влажным воздухом, потому что сегодня утром я окончательно вырос.
– Вырос? – Фрау Тоссило остановилась. – Но ты сейчас намного меньше, чем раньше.
– Это произошло из-за перепространствования в компьютерную игру, видимо, этого уже не исправишь. Но на самом деле мне этот размер кажется совсем неплохим. – Дракон потянулся.
– В любом случае, таким тебе проще будет поместиться в квартире, – согласилась фрау Тоссило.
– Да, и как только мой хвост отрастёт, я спрыгну вниз. Думаю, теперь я даже смогу пройти через балконную дверь.
Фрау Тоссило посмотрела на обрубок на месте хвоста Курмо. Он в самом деле стал немного длиннее.
– А потом, – пророкотал Курмо, запрокидывая голову так, что маленькое белое облачко отразилось в его прекрасных глазах, – а потом я взлечу. Вверх, в бесконечный простор.
– Но тогда всё начнётся сначала, – возразила фрау Тоссило. – А если тебя снова увидят?
– Я не могу скрываться вечно, – ответил Курмо.
– Да, конечно, но…
– Мы так много пережили, и вместе мы всё это выдержали и преодолели. И теперь я свободен.
Фрау Тоссило молчала, и Курмо продолжил:
– Когда мне пришлось выбираться из лабиринта в яйце, я выползал не изнутри наружу, чтобы вылупиться. Скорее я двигался извне внутрь. И чем дольше я полз, чем больше обретал форму, тем больше рос. Когда я добрался до центра, я стал таким большим, что яйцо стало для меня слишком тесным. И я стал настолько сильным, что смог взломать твёрдую оболочку. Вот так я пришёл в этот мир.
– Что ты хочешь этим сказать? – спросила фрау Тоссило.
Курмо помедлил с ответом.
– Мне кажется, что и в этих наших путешествиях мы словно шли к самим себе и в итоге выросли. Очень. Я больше не испытываю страха.
– И ты считаешь, что теперь можешь вот так просто парить над городом? – Фрау Тоссило слегка нахмурилась.
– Наверное, это будет непросто. Предвестникам никогда не бывает легко. Но то, что я периодически становлюсь прозрачным, может сослужить мне хорошую службу.
Курмо снова запрокинул голову.
– Таким белым я буду скользить среди облаков, время от времени становясь невидимым, и к реальности моего существования начнут медленно, постепенно привыкать.
Фрау Тоссило прикусила губу. Из того, что сказал Курмо, её больше всего поразило одно слово.
– Предвестники?
Дракон взглянул ей в глаза.
– Я до сих пор не знаю, почему я уже здесь. На самом деле это должно было произойти намного позже. Возможно, это случилось из-за компьютерного яйца, которое Сарвас принёс из игры. Говорю же: я не знаю. Но что есть, то есть, и всё дело в изменении климата. Земля становится теплее, и с теплом возвращаются драконы. Всё просто.
– Всё просто, вот как?
Фрау Тоссило хотела ещё что-то добавить, что-то о тепле в сердцах. И о том, что их соединило. Что Курмо – её жизнь, и что она тоже больше не будет бояться. Но тут вновь проявились провалы в памяти, и она забыла, что хотела сказать. Вместо этого она подпрыгнула, вскрикнув:
– Булочная! Бу-у-у-улочная!!! Я иду!
В следующую секунду она стрелой промчалась по террасе и, поскольку лифт опять не работал, по спирали понеслась вниз по лестницам многоэтажки.
Выбежав на улицу, фрау Тоссило была вынуждена сделать передышку, прислонившись к электрощиту. Её мышцы немного ослабли. Но она всё равно чувствовала себя счастливой.
Мимо проходили люди в яркой летней одежде, от них пахло потом и солнцезащитным кремом. Над её головой на ветках липы щебетали птицы, а промчавшийся мимо двухэтажный автобус оставил после себя сладковатое облачко выхлопных газов. Фрау Тоссило вдохнула его. Чудесная реальность!
Наконец она оттолкнулась от электрощита и поспешила дальше, перешагивая через выбоины на тротуаре.
– Илеор, – внезапно пробормотала она. – Я тебя никогда не забуду! Я благодарна судьбе за то, что мы встретились. Даже если ты не настоящий. – Она улыбнулась. – По крайней мере, так считает Янка. А Марлон сказал бы: настоящий или нет – это с какой точки зрения посмотреть.
В любом случае, продавщица в маленькой булочной оказалась очень даже настоящей. Фрау Тоссило сразу заметила это по её грубому тону. Но несмотря на это, она лучезарно улыбнулась ей, и продавщица, передавая через прилавок упакованные пакеты, слегка улыбнулась в ответ, а потом произнесла:
– Как же сегодня снова жарко!
