И вот Синдзи накинулся на ее киску, утопил в нее лицо, ртом обхватив почти все преддверие влагалища, сомкнув его на половых губах, уткнувшись носом в комочек клитора и просунув язык в горячее сокращающееся отверстие внизу, так глубоко, насколько это было возможно.
— А-а-а-и!.. — проскулила Аска, изогнув спину и плюхнувшись на подвернувшихся локтях.
Синдзи ощутил склизкие, плотные стенки тоннеля, крепко обнявшие его язык, почувствовал слабый приторно-кислый привкус и кружащий голову аромат, от которого едва не потемнело в глазах, он глубже и глубже проникал в ее всхолмленное нутро, губами лаская нежную плоть и всасывая мягкие лепестки. Влагалище начало пульсировать и сжиматься, обильно истекая пьянящей смазкой, девушка захныкала и забилась на кровати, закрыв лицо руками, ее киска уже изрядно набухла, источая жар, бугорки внутри ворочались и сокращались, и Синдзи с накатившим на него удовольствием жадно вылизывал ее изнутри и снаружи, едва не утопая во влаге, которая слизкими каплями стекала по его лицу и рту. Он с упоением глотал ее, вдыхал ее аромат, размазывал по розовой плоти, заодно с силой теребя и терзая губами налившиеся багровые лепестки, а Аска лишь сильнее билась и дергалась под ним, сбившимся дыханием подавляя стоны.
Но тут в коридоре послышались шаги. Синдзи мигом выпрямился, заткнув Аске рот ладонью, а другой рукой накрыв ее киску, запустив в нее пару пальцев.
— Синдзи? — раздался за дверью осторожный голос Мисато. — Ты как там?..
— Это… Все хорошо, Мисато-сан… — дрожь от возбуждения сейчас даже играла на руку. — Я просто… прихожу в себя.
Аска судорожно выдохнула носом, когда он с силой еще глубже ввел в ее киску два пальца.
— Точно все хорошо? Я просто немного беспокоюсь… ну, по поводу того, что произошло… Ты так быстро убежал… А я даже не знаю, что теперь сказать…
— Нет-нет, Мисато-сан, все в порядке, правда.
От ритмичных движений пальцами из аскиного влагалища стало раздаваться хлюпанье, а та едва не застонала во все горло, но Синдзи вовремя сдавил ей и нос, перекрыв дыхание.
— Ты уверен?..
— Д-Да, не беспокойтесь. Я просто чувствую смущение, потому что… вы ведь понимаете… Но я сейчас выйду, и мы продолжим, просто немного соберусь с духом… кое в чем…
— А… Ладно, Син-тян, если ты так говоришь… Мы можем продолжить, я подожду тебя на кухне, но если ты чувствуешь неуверенность или стыд…
— Никоем образом, Мисато-сан. Просто подождите немного, я сейчас выйду.
Аска задергалась от недостатка кислорода и усиленной стимуляции ее киски, вцепившись руками в запястье Синдзи и выпучив глаза.
— Ну, хорошо. Я жду тебя.
Через секунду раздались ее удаляющиеся шаги. Синдзи открыл рот Аске, и та тут же с глубоким стоном втянула воздух в грудь, выгнувшись дугой. Девушка тяжело и сбивчиво дышала, беспрестанно сжимая бедра об его торс и притом дергая своим тазом, будто стремясь сильнее потереться им об руку Синдзи. Тот хмыкнул, запястьем стерев сок со своего лица, и вдруг приметил на подоконнике пару занятных вещиц, оставшихся там от сушки его белья на лоджии. Аска мутным взглядом смотрела на него снизу вверх с умопомрачительным выражением мольбы, самоуничижения и обреченности.
— Просто прелесть, — мило улыбнулся он. — Такая красивая и беззащитная, ты сейчас на грани оргазма и хочешь, чтобы я закончил?
Она зажмурилась и отвернулась, спасаясь от таких ранящих мыслей и чувств. Синдзи немного еще поддразнил ее, поласкав половые губы и влагалище нежными движениями пальцев, а сам в это время схватил три маленьких разноцветных предмета с подоконника и разложил их на животе девушки.
— Ты достигнешь своего пика, Аска-тян, но сначала тебе придется преодолеть себя. Покажи мне, насколько сильно ты это хочешь.
С этими словами он поднял с ее живота две бельевые прищепки и быстро нацепил их на торчащие сосочки. Аска пискнула и едва не вскрикнула от боли, но Синдзи придавил ее ладонью к кровати, склонившись и обняв ее голову, и прошептал:
— Все хорошо, терпи. Только так ты сможешь почувствовать наслаждение от исчезающей боли, чувствовать радость без ранящих ощущений. Тебе надо привыкнуть к муке, и она больше никогда тебя не испугает.
Он отстранился, взял третью прищепку и, нависнув между ее ног, резко нацепил ее на торчащий клитор, отогнув складку капюшона. Аска едва не взвизгнула, изогнувшись и вывернувшись, одновременно уткнувшись лицом в подушку, и сдавленно заскулила. Дрожащей рукой она потянулась к бедрам, чтобы снять прищепку, но Синдзи перехватил ее руку.
— Прежде чем ты сделаешь это, подумай, сколь слабой ты станешь. Это всего лишь ощущения, такие же, как и от ласки. Если ты преодолеешь себя, выдержишь, ты станешь сильнее. Выносливее.
Аска содрогалась от боли, напряженное лицо скривилось, на ее широко раскрытых глазах наконец-то появились слезы, из распахнувшегося рта донесся хрип, а по щеке потекла струйка слюны.
