— Хотя, если пожелаешь, можешь стать частью меня. Но я вижу, что тебя это тревожит, так что я обещаю, что выпущу тебя невредимым. Моя судьба все равно определена, а так у меня есть возможность познать человеческую сторону души.
— Если ты так говоришь… — Синдзи сделал паузу, вслушиваясь в биение своего сердца. Былая нервозность улетучилась, и даже волнение пошло на спад. Сейчас он ощущал любопытство и некоторое облегчение, глядя на полупрозрачное девичье тело Ангела, отметив заодно, что ее груди колыхались вполне натурально. Он улыбнулся: — Я верю тебе.
— Я рада, — Лилли улыбнулась в ответ, мило растянув губки и прищурившись. Получилось не по-человечески искренне.
— Ты и впрямь забавная.
— А?.. Это опять был сарказм? Нет, чувствую, что нет. Это что-то, что взволновало и спутало мысли… Это смущение?
— Ты сейчас… серьезно смутилась?
— Я не знаю… Я не должна была, но твои слова влияют на мое состояние, будто я хочу слышать лишь то, что волнует и делает приятно. Что это было?
— По-моему, ты нервничаешь.
— Это абсолютно не так! — внезапно слишком бурно выпалила Лилли, и тут же осеклась. — Я нервничаю… Без оснований. Нет, из-за тебя.
— Я что-то не то сказал?
— Наоборот. Икари Синдзи, что-то происходит. Между нами должен быть барьер границы абсолютного страха, но я его не ощущаю. Будто я уже растворилась в тебе, но я не потеряла свою границу личности, я все еще существую, и ты тоже. И одновременно я ощущаю тебя в своей душе, как будто ты там существуешь. Это… это… — Лилли нервозно засуетилась на месте. — Это очень пугает... И тревожит, но при том оно становится желанным, волнующим. Это так необычно.
Ангел вдруг заметалась на месте, взболтал вокруг себя LCL, — она то прикладывала ладони к груди и лицу, то бросала на Синдзи беспокойно-восхищенный взгляд и снова продолжала суетиться. Синдзи это настолько позабавило, что он тихо хохотнул, отведя лицо в сторону.
— Это не смешно! — выпалила Лилли, в один миг подплыв к нему. — Я паникую, а ты смеешься! Ты жестокий!
— И-Извини, — запнувшись, промямлил он. Лилли нависла прямо над его креслом, так близко, что можно было различить собственное отражение в ее чистых серебристых глазах.
Тут Ангел тоже поняла, что в своей прыти слишком приблизилась, испуганно дернулась, но отдаляться отчего-то не торопилась.
— Я могу до тебя дотронуться? — вдруг спросила она.
— Меня? — опешил Синдзи.
— Да. Я хочу узнать, каково это.
— П-Прошу… — кивнул он в волнении. Его самого уже посетила аналогичная мысль.
Лилли медленно поднесла свою прозрачную ладонь к лицу Синдзи и осторожно опустила пальцы к его щеке. Они оказались еле теплые, температуры LCL вокруг, необычайно мягкие и гибкие, с плотной эластичной кожей. Лилли заворожено, широко открытыми глазами смотрела на Синдзи, смешано водя взглядом по его лицу.
— Ты… теплый… И твердый…
— Видимо потому, что у меня есть кости, — произнес он, скрывая за словами растерянность. — И как оно?
— Это невероятно… — Лилли поднесла руки к груди. — Просто восхитительно! Я и представить не могла, что ощущения могут быть такими, не просто тактильными, теплыми, еле ощутимыми, гладкими и твердыми, но притом приятными… Я начинаю понимать.
— Что?
— Те образы, к которым ты постоянно возвращаешься в мыслях. Другие люди, те, с которыми ты контактируешь телами. Вы касаетесь друг друга, обнимаетесь, сливаетесь вместе. То, что зовется лаской. Ощущения тел могут быть совершенно невероятными.
— Ну… — Синдзи стесненно отвел лицо в сторону. — Так и есть, наверное.
— Можно еще раз?.. — робко спросила Лилли.
Синдзи кивнул, чувствуя, как неожиданно подскочил его пульс, столь наивно и трепещуще выглядела Ангел. А она бережно поднесла руки к его плечам, опустив на них ладони, и повела их вниз, заскользив своими гибкими пальчиками по его грудям и бокам. Синдзи поежился.
— Тебе больно?
— Нет, не в этом дело. У тебя руки холодные.
— Они нагреваются… — заворожено произнесла Ангел. — Я чувствую твое тепло в них. Это так приятно… Я могу разделить тепло?
Синдзи кивнул, не понимая, о чем она, но тут Лилли вдруг прильнула прямо к нему всем своим упругим телом, обняв его и плотно прижавшись. Синдзи резко вздохнул, сначала от неожиданности и резко пробравшего его холода, потом от той головокружительной мягкости, которую ощутил над собой. Будто на нем растекся клубок желе, но необычайно легкий, гладкий и воздушный, отчего-то напомнив зефирные груди Мисато-сан. Сравнение само всплыло в голове, когда на своей груди он ощутил бюст Лилли, который оказался чуть мягче остального тела, сдавливаемый между ними.
— Ох… — взволнованно выдохнул Синдзи.
— Тебе неприятно? — Ангел поднесла к нему свое лицо.
— Нет, нисколько… Просто, необычно так. Никогда не испытывал ничего подобного.
Тут вдруг Лилли широко улыбнулась.
— Наконец-то мы в одинаковом положении. Ты теплый, и становишься все горячее.
Она заерзала на нем, тря и вминая свое гибкое тело, приложившись щекой к щеке. Дыхание Синдзи дрогнуло, настолько это оказалось приятным, а тут еще он ощутил, как что-то мягкое сомкнулось на его ухе.
— Л-Лилли! — выдохнул он.
