К примеру, взять и предложить контр-адмиралу нанести артиллерийский удар незадолго перед началом атаки не по противнику, а рядом. Для устрашения… Правда, тогда наступать придется по пораженной территории, дьявол меня возьми! Там же, небось, почва остывать будет неделю!.. Нет, все эти пушки-хлопушки годятся только для полного уничтожения чего бы то ни было! И только Галактический Корпус может разобраться с врагом аккуратненько, будто хирургическим скальпелем. Как говаривал Спиря, чтобы комар носа не заточил…
Между тем контр-адмирал и его корабельные специалисты попробовали ударить по противнику с орбиты еще раз. И опять получили настойчивое предложение уничтожить своих собственных, крепко спящих в транспорт-сне десантников. После чего окончательно угомонились.
– Добро! – сказал контр-адмирал. – Будем воевать старыми методами. Вот только сможем ли мы и на сей раз использовать абээмки? Позволят ли?
– Драконы в распоряжении противника имеются, – напомнил советник Ломанов. – Надо полагать, абээмки нам использовать разрешается.
– Ладно, поживем-увидим! – заключил контр-адмирал. – Выбора у нас все равно нет.
Вернувшись в родную каюту, Кирилл немедленно подстыковался к шеридану и вылез в виртуал.
Сейчас мы посмотрим, кто тут у нас умудрился взять под контроль главный корабельный ИскИн «Юрия Долгорукого».
Пробиться в виртуальные недра машины удалось с немалыми трудами. Однако удалось. Но никаких следов внешнего воздействия на ИскИн он не отыскал. И никто его не перепрограммировал. ИскИн заменял нацеливающуюся на врага пушку установкой с противоположного борта по своей собственной инициативе. Как будто на несколько секунд самостоятельно переходил на сторону противника.
Кол ему в дюзу! И противнику, и главному корабельному ИскИну, чтоб их дьявол взял!
Светы в каюте не было.
Впрочем, сейчас «кентавры» должны заниматься в спортзале линкора боевыми единоборствами.
И Кирилл отправился в спортзал. Все равно ничем он помочь сейчас капитану «Юрия Долгорукого» не мог.
На очередном совещании выяснилось, что контр-адмирал Самсонов с главным артиллеристом в прошлый раз не успокоились. Уже отпустив с капитанского мостика «посторонних», они попытались еще раз нанести удар по противнику. Правда, с тем же успехом!
Советник Ломанов высказал по этому поводу немалое сожаление и пообещал в случае новых несогласованных с ним попыток активных действий довести сведения о таких попытках не только до министра обороны, но и до его превосходительства господина президента Конфедерации.
– Если мы с тобой, превосходительство, вообще когда-нибудь доберемся до господина президента, – прошептал стоящий рядом с Кириллом главный артиллерист.
Слово «превосходительство» прозвучало примерно так же, как «придурок». Или того хуже…
Впрочем, советник его не услышал.
Капитана второго ранга Петера Штанге можно было понять.
В кои-то веки получаешь возможность продемонстрировать дьявольскую мощь своего оружия, и на тебе. Ни успеха, ни лавров, ни почестей… Одно сплошное позорище!
И опять вся слава достанется этому везунчику Кентаринову, кол ему в галактскую дюзу!
А вот с какой стати на поводу у Штанге пошел контр-адмирал? Или тому тоже не хочется отдавать приоритет в сражении этим черномундирникам? Все возможно! Соперничество между родами войск никто не отменял. Исторические традиции, матерь их за локоток!
Но Кирилл был готов простить флотских.
Он прекрасно потренировался с «кентаврами». Некоторые большегрудницы, правда, попытались воевать с командиром не в полную силу, но, получив от него соответствующий втык, мгновенно взялись за ум и приложили полковника о мат так, что едва не вышибли из него дух.
Нет, Громильша, похоже, перестала соизмерять уровень своей силы с необходимостью. По возвращении надо будет предложить ей пройти медицинскую комиссию…
Между тем контр-адмирал понял, что советник президента не шутит. И надо замазывать дисциплинарный прокол.
– Простите, ваше превосходительство, но мы должны были попробовать артиллерию еще раз. Не получилось! Что ж, значит, окончательно приказываю высадиться на поверхность планеты подразделению полковника Кентаринова.
Мысль провести нечто вроде парада пришла к Кириллу неожиданно.
Надо поднимать боевой дух. Конечно, контр-адмирал Самсонов приложил все усилия, чтобы до «затерянных в космосе» не дошла их затерянность. Но попробуй скрой от народа такую информацию!
Небо само за себя говорит. Когда в белый день сверху смотрят на тебя десятки звезд, правдоподобное объяснение такого чуда быстро придет в голову даже самому тупому бойцу.
А дальше начинаются психологические заморочки.
Оторванность от своего мира легко не переживешь! Боевой же дух – он и в Африке боевой дух! Без него много не повоюешь. И потому непременно следовало подбодрить галактов. А пламенная речь командира – не худший способ ободрения растерявшихся.
