После этого чувствительного щелчка Мальх переключил свое внимание на другие острова Западного Средиземноморья. Оставив на Сицилии гарнизоны, он погрузил основную армию на корабли и в 535 г. до н. э. отправился на Сардинию. Здесь удача сопутствовала финикийцам. Один за другим сдаются города Каралес (Кальяри), Нора (Санта-Маргерита), Тарр (Сан-Джованни-ди-Синис)… "Сардиния, как явствует из ее многочисленных памятников, — греческая колония, — читаем мы у Псевдо-Аристотеля (59, 100). — Когда-то она была очень изобильна, и Аристей, знаменитый своим пристрастием к земледелию, дал ей законы. Но потом она пришла в упадок, ибо захватившие ее карфагеняне истребили там все, что могло давать людям пропитание, и под страхом смертной казни запретили возделывать землю". (Впоследствии точно так же поступит Рим с побежденным Карфагеном.) Еще один остров стал пунийской колонией. Впереди — Корсика и Балеарские острова.
Корсику пунийцы завоевали в союзе с этрусками. В 535 г. до н. э. в битве у города Алалии (Алерия) их объединенные силы изгнали отсюда греков-фокейцев. Но это завоевание оказалось непрочным вследствие удаленности острова от Карфагена, и Мальху вскоре пришлось наводить там порядок, что ему блестяще удалось. Греки ретировались на континент, в Массалию (Марсель). Карфаген стал безраздельным хозяином всех островов Западного Средиземноморья, удаленных от столицы на расстояние, удобное для бойкой торговли и вполне достаточное для того, чтобы обеспечить за ними надлежащий контроль.
В том же VI в. до н. э. (некоторые исследователи называют VII в. до н. э.) карфагеняне, вошедшие во вкус колонизации, снаряжают две морские экспедиции вдоль североафриканских берегов в сторону Атлантики. В пользу более поздней датировки говорит фраза Плиния Старшего о том, что экспедиции были осуществлены, "когда Карфагенское государство достигло вершины своего могущества" (58, V, 1; II, 169)[1], а это произошло как раз в VI–V вв. до н. э. Впоследствии была предложена неплохо аргументированная дата — примерно 525 г. до н. э.
Экспедиция Гимилькона, пройдя Мелькартовы Столпы, взяла курс на север вдоль иберийских и кельтских берегов и, возможно, достигла Британских островов. О ней, кроме нескольких кратких упоминаний, не сохранилось никаких сведений. Поэтому традиционно считается, что Британию открыл для средиземноморцев двести лет спустя грек из Массалии по имени Пифей и объявил ее новым (вместо Геракловых Столпов) пределом для морских странствий. За нею, уверял он, лежит остров Туле — самая крайняя из всех северных обитаемых земель.
Карфагеняне этого еще не знали. Они плыли к легендарным Касситеридам — Оловянным островам. Обычно в это понятие включают Британские острова и близлежащие архипелаги. Целью экспедиции Гимилькона было основание колоний на Касситеридах, богатых свинцом и оловом, и, кроме того, уточнение контуров Европейского материка (46, 313–319). Меркантильные цели он сочетал с научными, как, впрочем, почти все древние мореходы. От устья Бетиса (Гвадалквивир) до Англии Гимилькон добирался четыре месяца. Именно во время этого путешествия произошел случай, описанный Страбоном, — намеренная посадка корабля на рифы.
