— У тебя здесь уютно, — тихо заметила Лора, оглядывая крохотное, не больше пяти квадратных ярдов, помещение. Две подвесные полки, раковина, плита с одной конфоркой и газовый баллон под ней, однокамерный холодильник и узкий разделочный стол с трёхногой табуреткой. Крис, не оборачиваясь, фыркнул, достал кувшин с чаем, моментально покрывшийся прохладной дымкой, и потянулся за стаканом.
— Места для одного вполне достаточно, — словно извиняясь, произнёс он и повернулся, протягивая стакан.
— А для двоих? — Лора впилась в него глазами и застыла, ожидая ответа.
— Здесь никогда не бывает столько людей одновременно, — улыбнулся Крис, однако улыбка так и не поднялась дальше губ.
— Почему? — сделав крохотный шажок, Лора забрала стакан, ненароком мазнув по его пальцам своими.
— Привычка. — Крис смотрел в её удивительные кошачьи глаза и чувствовал, что тонет, камнем идёт на самое дно. Сердце стучало так громко, что оставалось только удивляться — как Лора не слышит этого стука? Воздух в этой крохотной каморке стремительно заканчивался, по спине покатилась капля пота, тут же впитываясь в рубашку. Нужно было выйти на свежий воздух. Выпустить её из своих лёгких, отойти на безопасное расстояние, попытаться поддержать дружескую беседу, но Крис не мог сделать ни того, ни другого, ни третьего, с каждым новым вдохом пропитываясь ею, её запахом.
Лора поднесла стакан к губам, и он невольно задержал на них свой взгляд и тихо выдохнул, когда она сделала глоток и поставила стакан на стол.
— Знаешь, я ведь думала, что никогда больше тебя не увижу. — Лора сделала ещё один шажок, и теперь их разделяла всего пара футов.
— Я тоже, — эхом откликнулся Крис. Каждая клеточка тела напряглась, потянулась к ней, мечтая коснуться. Рука сама поднялась к её волосам: ощутить их мягкость, пропустить между пальцев. Лора прикрыла глаза, подаваясь навстречу осторожной ласке, и тепло от его прикосновений растеклось от шеи по позвоночнику, заполняя изнутри.
— Зачем ты приехала, Лора? — прошептал Крис, приподнимая её за подбородок и вынуждая открыть глаза. — Это могло быть опасно.
— Дэвид уверил, что нет, — тоже перейдя на шепот, откликнулась она. — Я приехала к тебе. Чтобы быть с тобой. Если… если ты позволишь…
Он притянул её к себе резко, не отвечая, впиваясь в губы глубоким, жадным поцелуем. Лора застонала в его рот, подаваясь вперёд всем телом, заставляя отступить к раковине. Если бы сейчас начался ураган, молния ударила в теплоход, даже тогда она не смогла бы от него оторваться. Пить его вкус, не в силах напиться, целовать снова и снова, шепча бессвязные обрывки фраз о том, как скучала, как его не хватало. Крис же буквально вжимал её в себя, лихорадочно скользя руками по спине и плечам, отрываясь от губ, чтобы покрыть короткими поцелуями скулы, шею, и вновь целуя неистово, жарко. Ладони Лоры обожгли его грудь, развели в стороны рубашку, поднимаясь выше, к шее. Крис поймал её запястья и с трудом заставил себя отстраниться, тяжело дыша.
— Если ты сейчас скажешь, что не можешь продолжать, что боишься за меня, или что-то в этом роде, — срывающимся голосом заговорила Лора, — я убью тебя, Кристофер Лаберт, клянусь!
— Нет, — улыбнулся Крис, тоже вспомнив, как бежал сломя голову прочь из её квартиры после таких же головокружительных поцелуев. Он коснулся её лба своим: — Я хотел сказать, что здесь есть кровать, на ней гораздо удобнее.
— Думаешь, сейчас я могу думать об удобстве? — Лоре казалось, у неё выросли крылья, и чувство лёгкой, игривой вседозволенности защекотало в носу. Она опустила руку на его пах, зачарованно наблюдая, как его тёмно-карие глаза становятся совершенно чёрными. Крис шумно выдохнул, когда её рука прошлась по подрагивающему от напряжения члену вниз, а потом вверх. Его рука легла на её талию, и вдруг он резко развернул её спиной и толкнул, заставляя сделать несколько шагов вперёд по коридору, непрерывно покрывая поцелуями шею и плечи. Лора потёрлась о него бёдрами, вызывав новый вздох, и толкнула дверь.
Каюта оказалась немногим больше камбуза, но здесь действительно стояла кровать, узкая, едва способная вместить двоих и занимавшая почти всё пространство. Над ней располагался иллюминатор, и через приоткрытое стекло залетал горячий, влажный ветер, принося запахи воды и водорослей. Руки Криса спустились к бёдрам, подтягивая платье вверх, оставляя на теле пылающие полосы в тех местах, где обнажённой кожи касались его пальцы. Лора подняла руки, помогая ему, и обернулась, оставаясь в одном шёлковом бюстгальтере и крохотных шёлковых трусиках. Поддев единственную пуговицу, она стянула с его плеч рубашку, отбросила в сторону и прильнула к груди, целуя, прихватывая кожу губами, выписывая круги на его животе. Внутри полыхал пожар, иссушающая жажда, которую мог удовлетворить только он.
