По спине Крюгера прошли ледяные мурашки. Замок безумного Людвига — место, где даже воздух пропитан тайнами.
— Что было дальше?
— Свет. Такой яркий, будто солнце разорвалось в кабине. Я чуть не свернул в кювет… А потом… — Браун схватился за голову. — Они закричали. Из глаз пошла кровь — только не кровь, а чёрная жижа. Как смола! Я выскочил из машины и побежал. Слышал, как грузовик покатился вниз… Потом взрыв.
— Ты видел, что было в ящике? — Крюгер говорил тихо, но его голос резал воздух.
— Мумия… И что-то блестящее. Корона или диадема… — Браун уставился на капитана глазами безумца. — Знаете, что страшнее всего? Я оглянулся. Грузовик уже горел, а из огня поднималось… что-то. Тёмная фигура.
Штайнер перевёл взгляд на Крюгера — верить этому бреду или списать на шок? Крюгер же наклонился ближе.
— Отто, ты пил? Наркотики?
— Я трезв как стекло! — Браун вскочил так резко, что одеяло слетело с плеч. — Думаете, я всё это придумал? Тогда где ящик? Где тела тех двоих⁈
В 1986-м даже воздух умел быть свидетелем чужих секретов. Внизу, среди обугленных обломков, спасатели нашли лишь два тела — высохшие, словно мумии, и клочья оплавленного металла. От груза не осталось даже тени.
— Капитан, — шагнул навстречу старший спасатель Мюнх. Его седая борода пахла гарью, а в глазах стояла усталость, которую не смоет ни один дождь. — Нам нужно поговорить.
Они отошли и Мюнх закурил, прикрыв ладонью огонёк от ветра.
— Ханс, я тридцать лет вытаскиваю людей из этих гор. Повидал всякое, но такого… — он шумно втянул дым, будто пытаясь затушить им воспоминания. — Металл расплавился так, будто здесь взорвалось солнце. А тела… Они не просто сгорели. Их будто выжгло изнутри, до самой костной пыли.
— К чему ты клонишь? — Крюгер смотрел прямо в глаза.
— Может, везли что-то химическое? Радиоактивное? — Мюнх тряхнул головой. — Только счётчик Гейгера молчит.
Крюгер нахмурился — в эти годы воздух был наэлектризован тайнами… Холодная война, секретные грузы, люди без прошлого.
— Свяжись с Мюнхеном, — бросил он через плечо Штайнеру. — Пусть пробьют груз и этих двоих — Вебера и Мюллера.
И пока лейтенант возился с рацией, Крюгер вернулся к водителю. Браун сидел на капоте скорой, сжимая в ладонях кружку кофе и глядя сквозь пар в пустоту.
— Отто. Они упоминали, откуда этот ящик?
Браун вздрогнул и поднял мутный взгляд.
— Ливан… Кажется, Ливан. И профессор какой-то… Стерлинг. Американец, — он поёжился. — Они смеялись над проклятиями. Говорили — «Суеверия для дураков! Мы торгуем историей». Только история иногда торгует нами…
— История дорого берёт за свои уроки, — буркнул Крюгер.
— Капитан! — Штайнер махал рацией, будто флагом на старте Формулы-1. — Мюнхен на связи!
И Крюгер перехватил трубку.
— Слушаю.
— Ханс, тут жарко, — голос коллеги был резким, как выстрел. — Вебер и Мюллер по бумагам антиквары, но мы уверены, что они с чёрного рынка. И они связаны с нацистами. Но у тебя есть зацепка еще?
— Имя Стерлинг о чем-то говорит?
— Да! — отозвался голос. — Значит они обокрали самого Стерлинга — он тот еще любитель древностей. Только вот, откуда они у него…
— Неважно, теперь у нас два трупа и пропавший груз, — закончил Крюгер. — Продолжайте копать.
Он выключил рацию и задержал дыхание. Десять миллиардов долларов в эти времена — это не просто деньги. Это билет в рай и обратно. Ну или в ад… Браун же вдруг оказался рядом, а его лицо будто стало ещё серее.
— Капитан, отпустите меня отсюда. Я хочу забыть эту ночь.
— Страшно?
— А вы бы не боялись? — Браун горько усмехнулся. — Некоторые вещи лучше оставить под землёй. Мёртвые должны спать спокойно.
Крюгер задержался с ответом на секунду дольше обычного.
— Иногда философия спасает жизнь, Отто. Но сегодня я бы предпочёл правду.
Ветер с гор принёс запах бензина и пепла. Этот год только начинал открывать свои секреты.
— Думаю о судьбе, — Браун криво усмехнулся, глядя в сторону. — Я видел, как люди умирают за ржавое железо и клочки земли. Тогда мне казалось, что с годами поумнею. А вышло наоборот. Жадность не стареет, капитан. Она только крепнет.
— Что собираетесь делать дальше?
— Уеду к сестре в Австрию. Буду копаться в огороде, выращивать картошку, — Браун скользнул взглядом по дымящимся останкам грузовика. — А про эту историю постараюсь забыть. Если получится…
А когда Брауна увезли, Крюгер остался с командой спасателей. Солнце опускалось за горы, заливая заснеженные пики алым светом — будто кровь на снегу.
— Ну что скажешь? — Мюнх подошёл, чиркнув спичкой и прикуривая сигарету.
— Думаю, мы встряли куда глубже, чем кажется, — Крюгер смотрел на багровые вершины. — И кто-то очень богатый и очень опасный ждёт свой груз.
— В Нойшванштайне?
— Может быть. — Крюгер помолчал, сжимая руки в карманах шинели. — Знаешь, что меня тревожит больше всего? Не то, что артефакты украли. А то, что они исчезли после взрыва.
— Может, сгорели?
— Золото не горит, Курт. Камень тем более. — Крюгер повернулся к нему лицом. — Кто-то забрал их с места катастрофы. Вопрос — кто? И зачем?
Штайнер подошёл к ним, держа в руках металлический обломок.
— Капитан, взгляните на это.
