— Я же говорю, никуда не удирал, — Кирюха пожимает плечами, а потом, словно что-то вспомнив, хлопает себя по лбу. — А, вы, наверное, видели, как я быстро ехал? Так это… — он вдруг толкает меня локтем в плечо, — у моего друга живот прихватило! Его срочно надо было до туалета довезти!
Такого я конечно ожидать не мог, но я не лыком шит и быстро включился в игру — схватившись за живот, стал корчиться, изображая страдание.
— Ой, не могу больше! — стону я и, согнувшись, бегу к деревянному туалету в дальнем углу двора.
Инспекторы же переглядываются. Сержант даже усмехается, а старлей смотрит с сомнением — наблюдал я за ними через щель в досках.
— Может, парня в медпункт подвезти надо? — неожиданно предлагает сержант. — В райцентре фельдшер есть.
— Не надо, спасибо! — кричу я из туалета. — Сейчас полегчает!
— Если что, в сельсовет сходим, — говорит Кирюха. — Там телефон есть, фельдшера вызовем.
И старлей возвращает документы Кирюхе.
— Ладно, но в следующий раз не гоняй так, даже если у друга… проблемы, — говорит он строго. — И шлем надевай, по правилам положено.
— Так точно, товарищ старший лейтенант! — по-военному отвечает Кирюха. — Больше не повторится!
Инспекторы ещё раз окидывают нас подозрительным взглядом, но всё же уходят. И мы слышим, как заводится УАЗик и уезжает. Кирюха даже потом выглянул за ворота, убеждаясь, что милиция действительно уехала, и помахал им рукой.
— Чисто! Мишка, вылезай!
Мишка выскочил из дома, и мы все вдруг начинаем хохотать как сумасшедшие. Смеёмся до слёз, до колик в животе.
— Ты видел их лица? — Борька держался за живот. — Когда Сенька в туалет побежал!
— А как Кирюха документы показывал! — вторил ему Максим.
— Ну, Кирюха, ты даёшь! — Мишка похлопал его по плечу. — Не ожидал от тебя такого!
— Да ладно, — Кирюха снял Мишкину кепку и куртку, возвращая ему. — Против ментов всегда надо держаться вместе.
— Слушай, а я думал, ты на нас зуб имеешь, — сказал я, вспоминая нашу недавнюю стычку у клуба. — Ты же тогда на меня с ножом кидался.
— Да брось, — отмахнулся Кирюха. — Погорячился тогда. Ты мне тоже хорошо врезал потом, считай, квиты.
Мы поглядели друг на друга, и я вдруг понял, что действительно не держу больше на него зла. Протягиваю руку.
— Спасибо, что выручил.
— Да не за что, — Кирюха крепко пожал мою руку, потом хлопнул по плечу. — Теперь вы мне должны, — он усмехнулся. — Да, шучу. Но с вас бутылка лимонада, когда в следующий раз на речку поедете.
— Заметано! — Мишка снова надел свою кепку. — Слушай, а давай с нами? В воскресенье.
— А чего, можно, — неожиданно согласился Кирюха. — Только мясо я сам замариную, по своему рецепту.
— Договорились! — Борька радостно потер руки.
А мы помогли Кирюхе открутить его номера с Мишкиного мотоцикла и вернуть на свой. Потом попрощались и, всё ещё посмеиваясь, разошлись по домам.
И вот иду я домой и думаю — странная штука жизнь… Ещё вчера мы с Кирюхой были врагами, а сегодня он нас выручил, и мы, кажется, подружились. Может, в этом и есть какая-то высшая справедливость? Не держать зла, уметь прощать и находить общий язык даже с теми, с кем раньше враждовал…
Вернувшись же домой после приключения с милицией, я сразу же сел за учебники. Время поджимало — до вступительных экзаменов в военное училище оставалось всего ничего, а мне нужно было подтянуть физику и математику. Батя не зря говорил — «Хочешь быть офицером — будь готов к тому, что голова должна работать не хуже кулаков». Просидел в общем над задачами до полуночи, пока мать не заглянула в комнату.
— Сенька, ты бы лёг уже. Завтра на ферму рано вставать.
— Сейчас, мам, ещё одну задачу решу.
В общем в тот день я лёг поздновато всё же и с трудом проснулся. Работа пусть и тяжёлая, но я уже привык. А после смены — пробежка пять километров, потом отжимания и подтягивания на перекладине. Боксёрскую грушу тоже не забываю — колочу по ней каждый день по полчаса минимум. Руки должны помнить.
Так прошла неделя в общем. И вот наступил тот самый день, которого я ждал. День, когда должен был состояться бой Роберто Дурана с Дэйви Муром. Встал я рано утром, надел свою лучшую рубашку — синюю, в клетку, которую мать купила мне на прошлый день рождения.
— Ты куда это вырядился? — спросил батя, увидев меня в дверях.
— В город еду, по делам, — ответил я как можно спокойнее.
— По каким ещё делам?
— Книжки для подготовки хочу посмотреть в книжном. И… ну, по своим делам.
Батя хмыкнул, но больше вопросов задавать не стал. Я взял же с собой все свои сбережения — 120 рублей. Сложил их в нагрудный карман рубашки, застегнул на пуговицу и отправился на автобусную остановку.
Автобус до города шёл несколько часов и я уснул даже несмотря на то, что трясло на ухабах. В городе же первым делом направился к гостинице — единственному месту, где, по слухам, принимали ставки на спортивные события. Конечно, официально букмекерских контор в СССР не существовало, но подпольный тотализатор процветал.
