Надев на плечи расстегнутую шинель с предварительно снятым хлястиком и поднятым воротником, он в спальном помещении (кубрике) взвода, моментально преобразившись, выдавал сценки из жизни города Грозный, доводя нас, курсантов, до колик в животе от смеха. Миниатюры, представляемые Олегом, были многочисленны и реально смешны. Например, одна из запомнившихся мне была про двух ПТУ-шников, доказавших профессору из Москвы, почему «чеченцы самый древний народ на земле». Разговаривая с непередаваемым кавказским акцентом и выражениями лица, с добавлением в свою речь слов на чеченском языке, он доводил слушателей до гомерического хохота.
Развлечений в училище было не сказать, что много, но и не мало: еженедельные, по субботам и воскресеньям, показы художественных фильмов в клубе, концерты художественной самодеятельности и приезды «звёзд» средней величины с концертами на общегосударственные праздники. Но не эти мероприятия будоражили кровь «молодых львов», а танцы и дискотеки, проводимые в клубе, с доступом на них «гражданских» девушек из окрестностей училища.
Каждый курс имел свой вокально-инструментальный ансамбль, зачастую из двух или трех составов, выдававший раз в месяц музыкальную культуру в массы. Обычно состоявший из ритм, соло и бас-гитаристов, клавишника и ударника, коллектив энтузиастов в погонах, регулярно репетировал в специально оборудованной музыкальной каптёрке. Как правило, такой ансамбль, имел довольно ограниченный репертуар, но основной массе курсантов, посещавших эти танцы с целью познакомиться с девчонками и, возможно, слегка «пообжиматься под медляк», этого уровня было вполне достаточно.
Пашка-Колобок (довольно частый случай прозвища, происходящего от фамилии), гитарист первого, основного состава, был из семьи военного. Мало того, что его папа был полковником, так он был еще и преподавателем кафедры тактики в нашем училище. К своим семнадцати годам, Пашка, поездив с родителями по необъятным просторам страны, поменяв кучу школ и проводя свободное время в гарнизонных клубах и домах офицеров, был настоящим кладезем военных и прочих армейско-развлекательных песен, весьма хорошо играл на гитаре и пел.
Подвела Пашку музыкальная привлекательность и суровая мужская харизма. Однажды, в начале четвертого курса, на танцы пришла симпатичная, фигуристая, с длинными блондинистыми волосами, девушка. Она моментально залипла взглядом на Пашке и отказывала всем кавалерам, приглашавшим её на танец. По окончании программы девушка смело и решительно подошла к нашему герою и взяв его за руку представилась: Наталья. После чего подошла к командиру учебной роты, дежурившему на мероприятии, и сказала ему несколько фраз.
Через десять минут Пашка, удивленный до глубины души, стал обладателем «золотой» увольнительной записки с вечера субботы до полночи воскресенья, и неуверенно перебирая ногами, отправился под ручку с Натальей в неведомые дали.
Возвращения Паши из увольнения ждали, не засыпая после отбоя, все его близкие друзья. Явившись ровно без десяти двенадцать ночи в воскресенье, Пашка рассказал, что Наташка — студентка выпускного курса института культуры и единственная и горячо любимая дочь начальника политотдела нашего училища, весьма вредного, злопамятного и самолюбивого полковника, имевшего возможности и способности испортить карьеру не только будущему лейтенанту, но и рыбам покрупнее.