Интуитивно чувствуя, что с 5‑м гв. Стк случилась беда, М. Е. Катуков решил подстраховаться и сгруппировать основные силы от левого фланга 3‑го мк из района Яковлева до Грезного, чтобы перекрыть в первую очередь путь противнику на севере, где сплошного фронта не было. А затем частично усилить участок от Грезного на юг до х. Тетеревино перед фронтом дивизий правого крыла 69‑й А, которые уже заняли третий тыловой рубеж юго–западнее Прохоровки. Д. Х. Черниенко получил приказ: о перенацеливании двух танковых бригад. 242‑я тбр подполковника В. П. Соколова должна была прикрыть стык между левым крылом 3‑го мк и правым 5‑го гв. Стк, как и требовал приказ командования фронтом. Она получила приказ: выдвинуться из ур. Становая (10 км севернее Яковлева) в район Лучки (северные) и занять рубеж: Лучки, Озеровский, Калинин. Хотя сам М. Е. Катуков не только не представлял, где находится фланг соседа, но и есть ли у него вообще сосед на прохоровском направлении. 237‑й тбр предстояло [608] выйти из леса южнее Красная Поляна (9 км севернее Яковлево) и, совершив марш, к 8.00 сосредоточиться в район х. Тетеревино, который находился перед третьим армейским оборонительным рубежом, занятым частями 183‑й сд 69‑й А. Комбриг майор Н. П. Проценко имел задачу не допустить дальнейшего распространения эсэсовцев на восток и к излучине р. Псел к позициям пехоты на тыловой полосе.
31‑й тк был наиболее слабым соединением армии М. Е. Катукова. Он практически не имел своей артиллерии (за исключением противотанковых батарей в тбр), поэтому командарм сообщил комкору, что после подхода 29‑й оиптабр{565} подполковника Е. Ф. Петрунина{566} она будет подчинена ему и дополнительно корпус получит 1224‑й иптап в составе 20 45‑мм ПТО. Таким образом, Д. Х. Черниенко передавалось полноценное соединение численностью 59 стволов. Столько артиллерии в качестве усиления не имел ни один корпус армии. Мера эта была оправданная, артиллеристам предстояло перекрыть танкоопасные направления и одновременно усилить танковые бригады 31‑му тк, которым должны были удерживать достаточно широкий фронт обороны без пехотных частей.
В 8.00 7 июля 29‑я оиптабр сосредоточилась в Зоринских Дворах. Через некоторое время подполковник Е. Ф. Петрунин получил приказ от полковника И. Ф. Фролова, командующего артиллерией 1‑й ТА, по тревоге выдвинуться и занять противотанковый рубеж: Малые Маячки, Рыльский, Веселый. Замечу, задачи ставились на основе данных, которыми располагал штаб армии, но к этому моменту оперативная обстановка изменилась. Поэтому и танковым бригадам, и 29‑й оиптабр пришлось занимать новые рубежи.
М. Е. Катуков понимал, что длительное время подвижной обороной удержать значительные силы ударной группировки врага не удастся. Как никто, командарм знал и возможности своих войск. Особенно беспокоил его корпус Д. Х. Черниенко. Сформированное лишь в конце мая 1943 г. соединение еще не участвовало в боях, для его укомплектования ряд частей и [609] соединений еще не прибыл, в том числе мотострелковой бригады. Уровень слаженности и подготовки в бригадах был еще невысок. Поэтому командарма очень тревожил тот факт, что армия не могла создать второй эшелон на случай прорыва противника через рубежи танковых бригад на север и северо–восток. На помощь 23‑го гв. ск надежды было мало, его дивизии свою задачу уже выполнили с лихвой. Максимум, чем мог помочь И. М. Чистяков, так это артиллерией, да закрыть пехотой отдельные участки. Своей тревогой М. Е. Катуков поделился с Н. Ф. Ватутиным и попросил усилить его стрелковыми соединениями, но командующий фронтом сослался на большой дефицит войск и пообещал решить этот вопрос, но не сразу, а в ближайшее время.
Понимая, что противник ждать не будет, командующий 1‑й ТА начал сам формировать нечто подобное второму эшелону. На рассвете полковнику М. З. Киселеву, командиру 180‑й отбр, подошедшей из 40‑й А, был направлен приказ № 74 о сосредоточении бригады к 8.00 из района Семеновка, Горянино в ур. Становая (6 км северо–западнее Покровки). Его батальоны должны был перекрыть шоссейную дорогу Белгород — Обоянь. Сюда же на участок: ур. Становая — район южнее Покровского — восточная окраина Верхопенья выдвигаются только прибывшие эшелоном 753‑й и 756‑й оиптад{567}. Первый дивизион был передан в резерв командиру 31‑го тк, но одновременно получил приказ при необходимости действовать совместно со 180‑й отбр, второй — находился в резерве командира 3‑го мк.
Еще накануне, вечером 6 июля, в подчинение М. Е. Катукова поступила и 192‑я отбр полковника А. Ф. Каравана{568}. Утром 7 июля по приказу командарма она была сосредоточена, так же как и 180‑я отбр, во втором эшелоне за 3‑м мк в районе: выс. 260.8, лес юго–западнее Сухо — Солотина, но в боях в этот день она участие не принимала. Командарм возложил ответственность за стыки между 3‑м мк и 31‑м тк, поэтому обе бригады — и М. З. Киселева, и А. Ф. Каравана — оперативно подчинил комкору‑31. Это была солидная помощь — более ста боевых машин, на которую Д. Х. Черниенко мог опираться в критический момент.
