Шли последние месяцы 1928 года. Они переехали в квартиру на пятом этаже апартаментов номер пять напротив большого ресторана на улице Секиз Агаджи при мечети Ага. Подвальный этаж апартаментов был тем самым помещением Сеита, где солились огурцы и помидоры. Эмине осталась в доме на площади Джинджи с младшей дочерью Неджмийе. Она и не хотела вмешиваться в жизнь зятя и дочери.
Мюрвет с удовольствием обосновалась в новом доме. Это было очень красивое здание, фасад которого украшала каменная крошка, с высокими потолками, с мраморными лестницами. Единственное, что выпадало на долю Мюрвет при переезде, – показывать места, куда ставить вещи, которые грузчики выгружали из повозок. Но даже этого было достаточно, чтобы голова кружилась от радости. Она была так счастлива, что чувствовала себя словно маленький ребенок, получивший новую игрушку. Она сновала по комнатам, не чувствуя усталости и не находя себе места от радости.
Когда вечером в дверь позвонили, Мюрвет с радостью побежала открывать. Она бросила взгляд на себя в зеркало, стоявшее в прихожей. Оставшись довольной от увиденного, она спросила:
– Кто там?
– Меня зовут Сеит. Не знаю, помнишь ли ты меня?
Мюрвет, засмеявшись, открыла дверь. Сеит появился вместе с двумя юношами, которые несли картонную коробку. Он приказал поставить ее в угол и велел им идти. Супруги обнялись. Мюрвет, с волнением от того, что покажет мужу обстановку дома, взяла его за руку и провела в гостиную. Она ждала, что ему понравится, и Сеит удивленно присвистнул.
– И как ты одна так обставила дом? Мы бы справились вместе, Мурка, когда я бы вернулся. Умница, спасибо!
– Твоя работа – это твоя любовь с первого взгляда, Сеит. К тому же я совсем не устала. Здесь так красиво! Только еду я не успела приготовить. У нас есть немного еды всухомятку, но ты так есть не любишь.
– Не волнуйся, Мурка! Тебе нет никакой необходимости готовить еду дома. Твоя кухня находится напротив, и ты можешь заказать там все, что пожелаешь.
Расстегивая пуговицы рубашки, он направился прямиком в спальню.
– Ребята принесут немного еды из ресторана. Я иду в ванную.
В довольно поздний час супруги сидели друг напротив друга и ели свой первый ужин в новом доме, за новым столом. Стол был заставлен холодными и горячими закусками, мясными и овощными блюдами. Конечно, и спиртное, как и всегда, имелось в наличии. Мюрвет все еще не могла привыкнуть ко вкусу ракы. Она составляла компанию мужу, попивая вино. Сеит внезапно хлопнул ладонью по лбу:
– Хай, Аллах! Почему ты мне не напоминаешь, Мурка?
– О чем я должна напомнить?
– Действительно! Что же там внутри коробки?
Сеит вытер салфеткой рот и встал.
– Пойдем вместе откроем и посмотрим, что там.
Мюрвет, с опьянением, которое придали ей новая жизнь и спиртное, последовала за мужем со сверкающими глазами.
Когда она открыла пакет, то не смогла сдержать возглас радости. Они разместили граммофон на этажерке между столом и креслами.
– Я тебе принес несколько пластинок. Надеюсь, они тебе понравятся.
– Сеит, это все очень дорого!
– Дорого в сравнении с чем? По сравнению с моим прошлогодним доходом очень дорого, но сейчас нет. Да и не беспокойся ты, козочка, о деньгах! Наслаждайся лучше жизнью.
Комнату наполнила мелодия, похожая на ту, которую они все лето слушали в кафе в Алтынкуме. Сеит заключил жену в объятия. Мюрвет была на седьмом небе от счастья. Закрыв глаза, она отдалась во власть мужчины, которого любила. Внутри нее было чувство, будто она вот-вот взлетит.
Сеит с любовью смотрел на лицо жены, ее полузакрытые глаза, щеки, которые от спиртного и волнения стали алыми. Он еще раз понял, насколько изящным, насколько прекрасным был ее стан. У него начала кружиться голова от невероятного запаха ее волос, аромата ее шеи, от тепла, которое поднималось от ее груди.
Когда Мюрвет открыла глаза, то была довольна тем, что находилась в руках мужа. В противном случае она бы неизбежно упала на пол. Должно быть, именно это и называют опьянением от счастья. Когда она смотрела в лицо мужчине, который склонился к ее лицу, то почувствовала, что ее сердце вот-вот остановится. «Аллах, – подумала она, – не отведи от меня это счастье! Я очень люблю своего мужа».
Когда несколько мгновений спустя он вошел в спальню с ней на руках, она волновалась, словно перед первой брачной ночью, но была счастлива так, как никогда до этого дня.
В конце первой недели, когда Сеит с Мюрвет переехали в новый дом, они пригласили гостей по поводу новоселья: дочь тети Мюрвет, ее мужа, родственника Сеита Османа из Крыма, Манола, Искендера, Яхью, его брата Мустафу, молодых племянников Сеита Поэта Хасана, Хюльки и Неджмийе. Стол был накрыт, все сидели чинно. По мере того как тарелки пустели, из ресторана доставляли новые кушанья. Чего только не было! Спиртное лилось рекой. Пели песни, заводили граммофон и танцевали. Даже Леман с Шюкран до позднего вечера сидели со взрослыми.
Было далеко за полночь. Сеит достал с полки одну пластинку. Поставив на нее иголку, он вернулся на место.
– Посмотрим, о чем вам это напомнит, господа?
