Нет, не "ОН", но все же этот чертов Йети-ебукентий со второго этажа.
- Ирина Адольфовна?! Да, конечно, сейчас, Максим Викторович. Передаю трубочку, - произнесла вслух Анна, при этом одними губами проговаривая:"Это Греков!"
Ириха, смотря в ибучий календарь и в прямом смысле начала ачихуевать, потому что оказалось сегодня, 3 февраля, День памяти преподобного Максима Грека.
Посчитав до десяти и выдохнув, Ирка взяла трубку.
- Да, слушаю, Максим Викторович. Что-о-о? Нет, не готова ответить на этот вопрос. Что значит в этом есть острая необходимость. Я не хожу на официальные ужины. Это не входит в мои компетенции и обязанности. Не уверена! Вернее, совершенно уверена, не смогу. Чем буду занята? Странный вопрос. А вот, подождите. Буду праздновать Всемирный день свободной любви, день борьбы с ненормативной лексикой и день памяти преподобного Максима Грека. Нет, я не шучу и не стебусь. Если вы подойдете к нашему календарю, то увидите много праздников, которые сегодня можно отметить.
Глава 17
Ирина с вежливой улыбкой сидела за столом одного из самых дорогих ресторанов города. К вечеру она ощутила, что за неделю ужасно вымоталась. Запара на работе и бессонные ночи давали о себе знать.
Сил не было ни на что. Всё раздражало и злило.
Люди, которым её представил гендир, были не интересны совершенно. Потому общаться ей совсем не хотелось.
Нервные клетки Ирины, спрятанные за улыбчивым фасадом, периодически порыкивали.
"Да, и почему я - еблань такая?! Какого нах-нах не послала этого Йети-ебукентия нафуй, когда "низкоклиренсный" притащился в мой кабинет. Этот деловой ужин сдался мне, как зайцу триппер. Лучше бы с девами своими сидела и шампанским жизнь куражила, а не умную, а главное, приветливую рожу строила бы здесь. Ещё и Греков этот ибучий периодически взглядом своим чёрным, как кипятком, меня окатывает. Чтоб ему пусто было…"
Свое вынужденное присутствие на это деловом ужине бесило её до тошноты.
Тошнотворные ощущения и рвотные позывы Ирина с каждым мгновением чувствовала все ощутимее.
Свое внутреннее отвратительное состояние она неожиданно увидела в выражении лица и взгляда Йети.
В очередной раз вскинув глаза, мужчина слишком напряжённо на неё посмотрел.
Именно в этот момент Ириха поняла, что если сейчас же не выйдет, то её вырвет прямо в тарелку.
Резко подорвавшись, женщина схватила сумку и быстрым шагом направилась в уборную.
Впервые в жизни она так была рада белому фаянсовому другу. В него Ирина с рыком выворачивала не только содержимое своего желудка, но и свои отрицательные эмоции в совокупе с тревожными мыслями и разрушающей душу токсичностью.
Максим последовал за Курвеллочкой буквально через минуту. Увидев, что она поспешила в дамскую комнату, мужчина на несколько секунд застыл около входа. Услышав характерные звуки, вошёл в помещение.
В открытой двери одной из кабинок он увидел Ирину, стоящую перед унитазом на коленях.
Без единого слова Макс вышел, но не из брезгливости. Прямо из туалета он направился к администратору за водой.
Вернувшись с бутылкой и стаканом, Максим застал Курвеллочку в прежнем положении.
После очередного рвотного позыва, подняв голову, Ирина увидела перед лицом мужскую руку и стакан воды.
Её было так плохо, что сил не хватало, чтобы просто удержать свое тело на одной руке.
Тот, кто стоял позади неё, будто прочитал её мысли. Левой рукой он собрал её волосы, рассыпавшиеся по бокам, правой приблизил стакан к ее губам.
Сначала, набрав воду в рот, Ириха побулькала ею, чтобы очистить ротовую полость. Второй и третий глотки тонкими струйками пропустила внутрь через глотку в желудок.
Ощутив себя живой, Ирина решила встать. Лучше ей, конечно, не стало. Но… Находиться в такой несколько унизительной позе перед мужчиной она не могла. К тому же ей очень хотелось умыться и как можно быстрее уехать домой.
Усилием воли и с помощью человека, при мысли о котором у неё начинал дёргаться глаз, Ирина поднялась на ноги и выпрямила спину.
- Ириш, ты как? - от участливого тона Йети её желудок снова дрогнул в готовности изрыгнуть проглоченную ранее воду.
Вместо слов Ирка с высоты своих ста восьмидесяти семи на каблуках окатила Макса взглядом полным раздражения и желчи.
- Уйдите! - через силу произнесла она охрипшим голосом, пытаясь соблюдать субординацию и политкорректность.
- Давай отвезу тебя в ближайшую больницу. Ну или домой. Хотя нет, лучше сначала пусть тебя медики осмотрят, - вместо того, чтобы развернуться и выйти, предложил Максим, протягивая ей полный стакан.
- Уйдите! - снова повторила Ира. - Видите же, плохо мне…
- Вижу, потому и говорю, что надо в больницу ехать, - совершенно ровным голосом с интонациями врача-психиатра, ответил на ее слова Греков.
- Пошёл вон отсюда! Без тебя справлюсь! Может меня от тебя выворачивает на изнанку, - зло рявкнула Ирка.
- Если от меня, то тем более не могу тебя оставить без помощи, - совершенно серьезно заявил Макс.
Вдаваться в смысл сказанного Йети Ирине не хотелось, да и сил на это не было. Своей упертостью он бесил её так, что желудок подвело снова.