Не хочу на тебя давить. Готов ждать столько, сколько будет нужно. Уповаю на твою разумность. Уверен в том, что ты, Ириша, примешь правильное решение - ради нашего ребенка и ради нашей любви!
Люблю тебя, моя девочка! Жду тебя, моя Курвеллочка! Твой Йети"
Плакать Ирина начала ещё с первых строк. Всхлипывать и рыдать где-то посередине.
Успокоить её не могли ни мысли о малыше, ни его пинки под ребра.
Так под свои рыдания Ириха и уснула на диване в гостиной комнате.
Утром к отвратительному настроению добавились головная боль, отекшее лицо и опухшие глаза.
Увидев на полу письмо Йети, Ирка его схватила, скомкала и бросила в мусорный контейнер.
Для отвлечься от треша вчерашнего дня Гросси нагрузила себя нужными и ненужными делами и заботами.
Пытаясь в обед затолкать в желудок хоть какую-нибудь еду, увидела мигание главного экрана телефона.
Долго не решалась открывать. Обозвав себя …дцать раз "слабачкой", всё же ткнула пальцем в иконку телеги.
Выдохнула спокойно, увидев имя "Эллин".
"Позвони, если будешь в столице. Готов встретиться," - писал мужчина.
"Отпала необходимость," - ответила Ирина.
"Все удалось без меня?" - уточнил Эллин.
"Да," - коротко черкнула она.
"Могу быть хорошим отцом," - предложил мужчина.
"У моего ребёнка есть отец. Не пиши мне больше," - категорично заявила Ирина и заблокировала номер телефона Эллина.
Вернувшись вечером домой, Курвеллочка первым делом посмотрела на стол.
Стерильная чистота поверхности удивила и заставила подумать про письмо.
Через несколько секунд Ирина вспомнила, что запихачила его в мусорку.
Постояв около контейнера, Гросси все же достала смятый в отчаянии комок.
Тщательно и аккуратно расправила и положила на стол.
Снова походила вокруг. Посмотрела в окно на город практически с высоты птичьего полёта. Попила чай. Включила телевизор.
Простыми действиями Ириха отодвигала себя от острого желания снова и снова перечитывать письмо Йети.
Если бы кто-то в этот момент спросил ее:"Зачем и к чему эти душевные терзания, это моральный ананизм?" - Курвеллочка бы внятно не ответила.
Однако внутри себя она чувствовала. Чтение письма Макса для неё сейчас и воздух, и шоколадка, и игристые пузырьки радости и счастья.
Испещренный замятостями лист бумаги Ириха взяла в руки, как самый долгожданный подарок, а может даже и вожделенную награду.
Читать начала медленно. Сначала просто пробегала глазами по строчкам, буквам, словам.
Потом все же прошла от начала и до конца.
Затем по диагонали, выхватывая нужные ей слова.
И снова с первого до последнего слова, смакуя каждое.
От увлекательного занятия её отвлекло блямканье гаджета.
Посмотрев на экран она увидела сообщение от Йети.
"Ириша, как ваше самочувствие? Как ты, как малыш? Я переживаю," - интересовался Макс.
На какой-то непонятной ей волне, будто пальцами по клавиатуре водила не она, Ириха набрала и отправила:"Все нормально. Не переживай!"
Через секунду прилетело сообщение от Грекова:"Ириша, ты где?"
Курвеллочка ответила не задумываясь:"В Москве."
Следующая эсэмэс Максима:"Напиши адрес. Я сейчас приеду," - Ирку не отрезвила, а подтолкнула к совершенно неадекватным действиям.
"Нет! Еду!" - написала она без уточнений, садясь в такси.
В себя Курвеллочка пришла около двери квартиры Грекова.
Из боязни струсить, передумать и уйти, Ирина резко ткнула пальцем в звонок.
В этот момент её сердце грохотало так, что его было слышно на весь холл элитной многоэтажки.
В унисон сердцу малыш топочил ножками ее внутренние органы.
От раздирающего нерва Гросси не хватало воздуха.
В момент, когда Курвеллочка начала поворачиваться в сторону лифта, дверь распахнулась.
В проёме она увидела миловидную, хрупкую женщину.
"Опизденеть!" - воскликнула Ириха про себя и сделала несколько шагов назад…
Глава 41
Взгляды женщин схлестнулись. В их глазах пульсировал интерес.
Они изучали друг друга. И обе не скрывали этого.
О чем думала та, что стояла со стороны квартиры, Ирина знать не могла, но внутри неё шла отчаянная борьба.
В ней, как сумоисты на татами, бились за победу два её "Я".
Одно - прагматичное, убежденное в своей правоте и язвительно-стервозное - жёстко кричало:"Слабачка, иди вперёд. Это твоё!"
Другое - иррациональное, вечно сомневающееся и человечное - мягко шептало:"Ты - не слабачка! Просто - это не твоя война. И тебе не за что биться. Твоё придёт само!"
И Ириха, веря своей человечности, продолжила пятиться спиной к лифту.
- Стойте, - прервала молчание женщина в квартире. - Вы к Максу?
От вопроса Ириха прикусила губу и проморгала глаза, смахивая слезы.
- Я…Я…В другой раз. З-зайду. Из-ви-ните, - прошелестела Ириша, отступая дальше.
- Макс! Максим, иди сюда! Максимка, к тебе пришли! - прокричал женщина вглубь квартиры, не разрывая зрительного контакта с Гросси.
Курвеллочку несколько смутило обращение "Максимка". Оно было слишком личным. Нет, даже скорее больше семейным.
Если бы Ирину не распирало от эмоций, она может и выстроила бы цепочку алгоритма и пришла бы к правильному выводу. Но…
Не в ее положении и состоянии.