Курвеллочка полностью

Кончив, Ириха ластилась, как кошка. Терлась об него всем телом.

Мягко царапала затылок своими короткими ноготочками.

Целовала его лицо, пальцы, ладони. При этом урчала и мурчала.

Максим эти мурканья жены обожал. И пусть это повторялось постоянно, а то и не по разу.

Ему нежности Иришки не надоедали. Так же как и её поперечность.

Йети ловил кайф от всего, что делала ЕГО ЖЕНА.

При мысли, что эта "вредина" все же стала его женой, Макса до сих пор перло, будто он употребил что-то крайне возбуждающее.

Добиться Гросси для него стало сродни олимпийской медали или ещё какой значимой награде.

Греков даже боевым орденом так не гордился, как победой над Ирихой.

Она, эта победа, далась ему слишком непросто, потому оказалась гораздо ценнее, чем все, что было до неё.

Сейчас наблюдая за расслабленным и счастливым лицом спящей после секса жены, Макс снова и снова вспоминал их предсвадебный театр военных действий.

- Греков, озвезденеть, на кой чигабуч нам все эти люди? - рычала Ирина, изучая список приглашённых.

- Макс, ты озвезденел? У тебя проблемы со зрением? Прежде чем в руки взять, может стоило на ценник посмотреть? Это ювелирный блудняк. Не может кольцо стоить, как яйцо фаберже, - пыхтела Курвеллочка в ювелирном бутике.

- Блэт, Максим, ну хватит ржать. Может нахер всю эту нездоровую фигню со свадьбой, а? Мне рыдать хочется в этих белых саванах с кринолином. Я всегда раньше стебалась над девками в занавесках на головах, - психовала невеста в свадебном салоне, примеряя очередное платье. - Не, ну ты глянь, опизденеть просто можно… А может ты специально меня так наряжаешь, чтобы на красавицу такую никто глаз не положил, а?

- Знаете что, Максим Викторович, посмотрите в свои боксёры и идите на то, что Вы там увидели. Нет! И ещё раз "нет"! Я не стану ставить свою подпись под таким брачным контрактом, - взяв в руки подписанные с его стороны листы, Курвеллочка разорвала их в клочья и швырнула в лицо. - И я ещё раз тебе, умник, объясняю, в договоре есть две стороны - твоя и моя. А не так, как в этой твоей писульке. И какому ребёнку, вернее, детям, ты "передашь право…". Зибзическим?! Вот когда мы сделаем тест ДНК, и он подтвердится, тогда уж и можешь передавать. Чего ты, вообще, так торопишься с этим чёртовым контрактом???

На словах Ирихи про контракт Макс вспомнил, что теперь у его жены есть свое личное адвокатское бюро.

На такой свадебный подарок расщедрился дядя Петр.

Другой какой невесте Греков-старший может быть и ломанного гроша не подарил бы. Только Ирина, как эталон честности и справедливости, для дяди стала больше, чем жена племянника.

Качества, которые ценил в Ирке его родственник и для самого Макса были самыми весомыми в характере жены.

Именно за них Максим был готов простить все её брыкливые заезды и загоны.

И ещё за малыша, растущего под сердцем любимой женщины.

Иришка за последний месяц, наконец-то, прибавила в весе и стала еще аппетитнее.

Из-за жары на улице и ее категорического отказа от кондиционера Ириша лежала на постели голенькая.

Макс с наслаждением смотрел на тело жены.

Беременность сделала идеальные формы Курвеллочки ещё более привлекательными.

Йети ужасно хотел прикоснуться губами к отяжелевшей груди и значительно округлившемуся животу. Но…

Лицо Ирихи в этот момент было настолько безмятежным и счастливым, что он не мог нарушить сон Курвеллочки.

Своей любимой женщины, которая через выяснения отношений, скандалы и даже слезы, - но все же вняла его настоятельной просьбе и взяла его фамилию.

"Ирина Адольфовна Грекова. Ирина Грекова. Да, все же Гросси звучало красивее и значительнее," - думал Макс, вспоминая Ирихины слезы.