Приехали фотографы и сняли Чарли на фоне замка Святые Розги. Техмагиня Мангустина интересовала их гораздо меньше. И вот уже по всему городскому центру висели расклеенные плакаты, с которых на прохожих смотрела улыбающаяся физиономия Чарли на фоне старой каменной громады и таинственной пустоши. Досаднее всего было то, что на фотографии замок выглядел гораздо представительнее самого Чарли. Казалось, при хорошем освещении постройка утратила свой обычный мрачный дух и преобразилась. Благодаря удачному ракурсу башни больше не дулись и словно взирали на озеро с воодушевлением. Глядя на снимок, сразу становилось ясно: Чарли невероятно повезло жить в столь дивном месте, хотя он этого совершенно не заслуживает. На такой фотографии невозможно было увидеть холод, голод и грязь, царящие за стенами замка.
Кроме того, одна журналистка из «Магического вестника» взяла у Чарли интервью.
– Для вас юношеские скачки на тыквинах – это способ искупить свою вину перед тэдемским обществом? Хотите загладить свои старые прегрешения? – сыпала вопросами акула пера.
– Э-э-э… я… поговорите с моим агентом, – ответил Чарли. Не мог же он сказать, что вынужден участвовать в гонке, потому что ему угрожает судья.
И он попросил Джун дать интервью вместо него.
Пятнадцать минут спустя журналистка ретировалась, а Джун бежала за ней следом, оглушительно крича:
– Вернитесь! Мне ещё есть что сказать!
В итоге интервью в газете так и не появилось.
В последние несколько дней перед скачками Чарли, Мангустина и Джун постоянно приходили в теплицу Селестена Бурпена, где стояла их тыквина.
– Анасфем ещё раз предупредил меня быть осторожнее и всё проверить перед гонкой на предмет возможного вредительства, – сказал Чарли, поглаживая красный бок тыквины.
– Главная опасность для нас – это судья, – поддакнула Джун. – Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы он испортил нашу упряжку!
– Оставим тыквину здесь до самого дня скачек, – согласилась Мангустина. – От тренировок можно отказаться. В любом случае, если мы хотим совершенствовать применение заклинаний, лучше делать это здесь, под прикрытием ауры Аллегории истины. По крайней мере, здесь мы невидимы для магической сети.
Чтобы прибегнуть к магии, Чарли и Мангустине всегда приходилось браться за руки. Чарли нравился момент, когда их пальцы соприкасались, но его беспокоило, что во время скачек кто-то может это увидеть.
– Мы рискуем привлечь к себе ненужное внимание, если будем делать это во время гонки, – сказал он. – Судья будет за нами наблюдать, не говоря уж о прочих академиках и патрульных.
– Не волнуйся, – успокоила его Мангустина. – Поскольку техмагиня я, то, случись что, подозревать и проверять будут именно меня. Всё равно мы ограничены двумя заклинаниями на всю гонку, поэтому надеюсь, что всё обойдётся. У нас всего пара отблесков, и все знают, что у нас нет возможности бросаться заклинаниями направо и налево.
Джун хлопнула в ладоши:
– Ладно, вы меня утомили со своими скачками, тем более что мне-то делать совершенно нечего. Может, поговорим о побеге вашего учителя? Это ведь важно, раз уж мне предстоит сыграть в этом ключевую роль!
– Согласен, – кивнул Чарли. – Кстати, пора заняться примеркой. – Он хотел снять шапку-выручалку, но в последнюю секунду замер. – Джун, это ужасно важно. Как только я тебе её передам, сразу же подумай: «Закройся!» – уж очень не хочется, чтобы тут появился Всадник.
– Ладно, я же не идиотка. Ну, во всяком случае, не всегда. Давай. – Джун схватила шапку и пару секунд молчала, сосредоточенно хмурясь. – Готово. Закрыто. – И надела шапку.
Вокруг Джун сразу же закрутился вихрь, и её одежда быстро превратилась в зелёную униформу с металлическими эполетами и знаками различия в виде замысловатого изгиба – приглядевшись, Чарли понял, что это половинка геральдической лилии. В целом получилась почти полная копия формы патрульного, за исключением головного убора – он принял вид скромного зелёного берета.
Джун приосанилась и стала гордо вышагивать перед друзьями, то и дело замирая по стойке «смирно» и отдавая честь:
– Ну как? Что скажете?
– Ой, это… – начала Мангустина.
– Это… – протянул Чарли. – Постой спокойно, дай рассмотреть тебя!
Джун замерла, потом сделала серьёзное лицо.
– Просто катастрофа! – заключил Чарли.
Казалось, Мангустину тоже не убедил этот маскарад.
– И правда, выглядит не очень натурально. Никто не поверит, что ты настоящая патрульная.
– Даже издалека?
– Издалека будет ещё хуже. Ты похожа на богомола, замышляющего какую-то гадость!
– Разве это не идеальное описание всех патрульных?
– Это другое. Патрульные выглядят внушительно, и у них всегда серьёзный вид! От них веет холодом, а во взгляде сталь, как будто они слились со своей формой. А ты похожа на маленького чертёнка, который выпрыгивает из коробочки, и ещё…
– И ещё?
– …и ещё ты очень милая!
Джун раздосадованно поморщилась:
– Тогда что же нам делать? Кто-то же должен вытащить вашего учителя Лина из Чистилищного. Не говоря уж о том, что судья собирается стырить у тебя шапку во время скачек, поэтому лучше тебе её не надевать. И доверить её абы кому тоже нельзя…
