Сотней ярдов западнее Коди свернул в грязный переулок и погнал мотоцикл на Вторую улицу. Вырубив мотор он, прислушиваясь, прокатился по инерции и расслышал шум несущихся к Инферно машин. В дыму стояли темные дома, нигде ни свечечки. Где-то ближе к Третьей улице выли собаки. Коди завел «хонду» на тротуар, в проулок между двумя домами. Там он снова остановился и прислушался. Громко колотилось его собственное сердце. Парнишка вместе с мотоциклом продвинулся вперед, выбрался из проулка и прирос к месту, увидев впереди, примерно в десяти футах, какое-то бесформенное существо. Оно тоже не двигалось. Боясь даже вздохнуть, он медленно вытащил револьвер и нащупал большим пальцем предохранитель. Щелчок, и предохранитель был снят. Коди поднял пистолет, выровнял руку. Существо не шевелилось. Он подобрался на шаг ближе, держа палец на курке, и сообразил, что целится в выброшенную стиральную машину, которая стоит на чьем-то заднем дворе.
Коди чуть не рассмеялся. Тоже еще Джон Уэйн! Он порадовался, что никто из Щепов этого не видел, или его репутации пришел бы конец.
Он собрался спрятать револьвер, но услышал медленное царапанье.
Парнишка напрягся, помертвел и стал, как копанный. Звук повторился (металл по бетону, подумал Коди), но откуда он доносится, точно сказать нельзя было. С Третьей улицы? Или сзади, со Второй? Плюхнувшись в пыль, Коди по-пластунски пополз обратно в прогалину между домами, где улегся, пытаясь засечь источник звука. Но дымка сыграла с ним злую шутку: царапанье раздавалось сначала впереди, потом донеслось из-за спины. Сказать с уверенностью, приближалось оно или удалялось, Коди не мог, и от неизвестности внутри все переворачивалось. Судя по звуку, это загадочное существо только училось ходить и волочило ноги. Плохо было другое: создавалось впечатление, что оно весило немало.
Коди уловил в темноте какое-то движение: по Второй улице мимо его укрытия, покачиваясь, кто-то прошел. На этот раз никакая не стиральная машина, чтоб ее. Здоровенный живой сукин сын, и прошел он, взвихрив туман, с таким шумом, словно царапал бритвами по доске. За ним остался след из веретен пыли. Потом это неизвестно что решительно двинулось дальше, неумолимо шагая в сторону церкви.
Коди дал ему еще секунд десять форы, потом живо прополз обратно, оседлал мотоцикл и завел мотор; тот взревел в узком пространстве, как реактивный самолет. Коди полным ходом помчался к Третьей улице, увидел флаги свисающего с веревки белья и пригнулся как раз вовремя, чтобы уберечь голову. Взвизгнув покрышками, он свернул налево, на Третью, и пулей мчался на восток до самой Республиканской дороги и дальше, снова к пересечению с Первой улицей, откуда к мосту сворачивали машины. Еще раз свернув влево, Коди ловко увернулся от набитого людьми пикапа и, лавируя среди беженцев, добрался до крыльца церкви.
В церкви Мендоса вел по проходу Палому Хурадо. Отправлено было уже около сотни людей, набитые машины тут же отъезжали, но оставались еще только две легковушки и пикап Мендосы, и было ясно, что многим придется идти пешком.
— Прихвати-ка мою бабушку, — сказал ему Рик, огляделся и увидел еще дюжину пожилых людей, которым было не добраться до общежития на своих двоих. «Камаро» по-прежнему стоял на Второй улице, у дома, а времени идти за ним не было. — А ты иди с ними, — сказал он Миранде и махнул в сторону Мендосы.
Она уже ухватила суть происходящего.
— Там осталось мало места, я не влезу.
— Место найдешь! Иди!
— А ты?
— Я разберусь. Давай, займись Паломой!
Она уже собралась пойти за Мендосой и бабушкой к двери, и тут по проходу к ним подошел Коди Локетт. Он быстро взглянул на нее (лицо было серым от пыли, только вокруг глаз, там, где его прикрывали очки, осталось чистое место), потом сосредоточил внимание на Рике. Девушка увидела, что важничать и петушиться Коди перестал.
— Оно идет сюда, — сказал Коди. — Я засек его на Второй улице. Много не скажу, но штука огромадная.
Рик увидел, как Мендоса выводит Палому за дверь во главе цепочки из нескольких человек. Через каких-нибудь две минуты пикап Мендосы заполнится.
— Я сказал, иди! — рявкнул он на Миранду.
— Я остаюсь с вами, — сообщила она.
— Черта с два! Давай-давай! — Он схватил сестру за руку, а она так же упрямо вырвала ее.
— Опять расприказывался, — сказал Коди.
— Заткнись! — Рик огляделся, пытаясь найти себе в помощь кого-нибудь из Гремучек — но все уже уехали. Отец Ла Прадо выводил на улицу последних три с лишним десятка людей. Поодаль затрубил клаксон, все громче, и Рик понял, что это значит: увидев что-то, Диего с Пекином мчались обратно. Он протолкался за дверь, на крыльцо, Коди с Мирандой — за ним.
«Импала» притормозила у тротуара. В нее немедленно набился народ. Кое-кто решил бежать и теперь держал курс на север, к берегу реки. Рик оказался на улице в тот самый момент, когда Пекин выбрался из машины.
— Мы чего-то видели, мужик! — Пекин трясущейся рукой указал на запад. — Вон там! До него ярдов тридцать или сорок!
— На что оно было похоже? — спросил Коди.
Пекин потряс головой.
