Коди помчался назад через улицу, зигзагами, чтобы не дать твари прицелиться. Он бросил пистолет и вспрыгнул на сиденье мотоцикла. Ключи уже были в зажигании. Лягнув стартер, Коди проорал Миранде: «Садись!» Мотор затарахтел, затрещал, не завелся. Чудовище большими шагами двинулось вперед, подбираясь туда, откуда можно было бы нанести удар. Коди во второй раз налег на стартер; мотор выстрелил, завелся, заглох и снова выстрелил, сипло заворчав. У Коди мороз продрал по коже: парнишка ощутил, что хвост изогнулся. Глянув через плечо, он увидел, что к нему лезет черная голова монстра с приоткрытой пастью, полной иголок. А потом справа, крича и размахивая руками, кто-то выбежал, и одна пара глаз метнулась к Рику. Серебряные когти на поднявшейся передней лапе вспороли воздух так быстро, что Рик с трудом заметил их приближение. Мальчик отпрянул, и когти прошли мимо его лица.
Но на мотоцикле, крепко цепляясь за пояс Коди, сидела Миранда. Она крикнула Рику: «Беги!», и Коди газанул. Мотоцикл стремительно отделился от бровки тротуара и понесся к Республиканской дороге.
Рик на четвереньках вскарабкался на тротуар, слыша, как тварь скользит за ним, царапая бетон когтями. Он поднялся на ноги и побежал на север — через двор и между домами. В этом-то узком пространстве он и наступил на камень. Левая ступня поехала, лодыжка вывернулась и ногу до самого бедра пронзила боль. Рик вскрикнул и упал ничком в песок и сорняки, схватившись за лодыжку.
Дома по обе стороны от него содрогнулись и застонали. Трещали доски, из стен летели облака известковой пыли. Рик оглянулся и увидел темный силуэт, который пытался протиснуться за ним в проулок с такой силой, что сносил дома с фундаментов.
За восемьдесят ярдов от него перед Коди с Мирандой, которые уже почти пересекли мост, что-то поднялось из дыма… человеческая фигура. Инстинктивно нажав на тормоз, Коди начал разворачивать машину, но времени не хватило: мотоцикл мягко врезался в неизвестного, потерял управление, сбросил обоих седоков и с треском въехал в ограждение моста. Рама погнулась, издав тихий стон, как лопнувшая гитарная струна. Переднее колесо взлетело в воздух. Коди приземлился на правый бок, проехался на нем, ощущая жгучую боль от трения и свернулся клубком.
Коди лежал, хватая ртом воздух, и думал: «Все-таки клюнул меня жареный петух». Но тут же решил: «Нет-нет; должно быть, это был Бормотун. Выполз на мост, старый хрен, и устроил нам бенц».
Миранда. Что стало с Мирандой?
Он попытался сесть, но был еще слишком слаб. Левая рука страшно болела, и Коди подумал, что там может быть перелом. Однако пальцы шевелились — хороший признак. Ребра казались осколками бритвы. Одно или два были сломаны наверняка. Парнишке хотелось уснуть, просто закрыть глаза и послать все подальше… но где-то рядом была Миранда… а также то, во что они врезались. «Вот выискался защитничек, — подумал Коди. — С таким только сортир с подкопом брать. Может, папаша в итоге прав?»
Он почувствовал запах бензина из пробитого бака. Через пару секунд грохнуло, замелькало оранжевое пламя. На мост и в Змеиную реку с лязгом посыпались куски «хонды». Прерывисто дыша, Коди встал на колени. Примерно в шести футах от него, разбросав руки и ноги, как сломанная кукла, лежала навзничь Миранда. Он подполз к девушке и увидел, что ее рот вымазан кровью из разбитой нижней губы, а на щеке красуются синие кровоподтеки. Но она дышала, и когда Коди окликнул ее по имени, ресницы девушки затрепетали. Он попытался приподнять ей голову, но нащупал какой-то желвак и счел за лучшее не трогать.
Коди услышал шаги: один башмак цокал, второй шаркал.
Он увидел, что кто-то, пошатываясь, идет к ним со стороны Окраины. От разбитого мотоцикла ручейками растекся бензин, но неизвестный, не останавливаясь, шел сквозь огонь. Горбатая фигура с ощетинившимся шипами хвостом приблизилась, и Коди разглядел обнажавшую острые иглы зубов ухмылку.
Пол-черепа Санни Кроуфилда провалилось внутрь. Из пустой левой глазницы текло что-то блестящее, похожее на серый гной, а по щеке малиновой татуировкой пролег отпечаток мотоциклетной шины. Существо подергивалось всем телом, приволакивая ногу.
Поджигая отвороты дымящихся джинсов, оно шагало через огненные ручьи и ухмылялось. Его губы ни разу не дрогнули.
Коди прикрыл Миранду своим телом и поискал усаженную гвоздями бейсбольную биту, но не нашел. Стук и шарканье башмаков приближалось, на фоне пламени рисовался сгорбленный силуэт с булавой на хвосте. Коди начал подниматься. Он знал: теперь ему крышка, но, может быть, удастся вцепиться в последний глаз этой гадины и вырвать его. Не давая шевельнуться, ребра Коди прострелила боль, от которой перехватило дыхание. Парнишка опять повалился на бок, со свистом втягивая воздух.
Кусака добрался до Миранды и постоял над ней, разглядывая в упор. Потом рука с металлическими ногтями скользнула над лицом девушки.
