Кувейт. Мозаика времен полностью

После подписания этого договора Ибн Са’уд получил от англичан 20 000 фунтов стерлингов, 1000 ружей и 200 000 патронов. Поставки оказались весьма кстати. Ибн Са’уд использовал это оружие в 1916 г., в кровопролитных схватках с несколькими восставшими против него племенами, в ходе которых он потерял, к слову, родного брата, шейха Са’ада, и сам получил тяжелое ранение.

Недовольство племен спровоцировал установленный Ибн Са’удом запрет на проведение набегов на земли Ирака, на чем жестко настаивали англичане. Возглавил мятеж верховный вождь племени ал-мутайр шейх Файсал ал-Давиш.11 марта 1922 г., вопреки распоряжению Ибн Са’уда, он вторгся в земли Ирака и порушил военно-сторожевые посты на его границах с Недждом[505].

Арабские историки отзываются о шейхе Файсале ал-Давише как об «истинном аристократе пустыни» и горячем стороннике сохранения всего лучшего, отобранного временем, из наследия предков, обычаев и традиций аравийской пустыни. Характеризуют его как опытного и отважного полководца, как одну из самых ярких фигур своего времени, героических и трагических одновременно. В племени ал-мутайр он пользовался непререкаемым авторитетом, являлся образцом для подражания.

Многие исследователи новой истории Аравии сходятся во мнении, что шейх Файсал ал-Давиш, талантливый военачальник и мастер ведения боевых действий в пустыне, был, образно говоря, «знаменем войны» Ибн Са’уда. Однако, разочаровавшись со временем в своем вожде, восстал против него — и пал[506].

В целях урегулирования комплекса пограничных вопросов англичане созвали специальную встречу в Мухаммаре (5 мая 1922 г.). Сэр Перси Кокс, знакомый с обычаями и традициями племен Аравии, выступил с предложением разграничить районы обитания племен Ирака, Неджда и Хиджаза в соответствии с известными всем им и признанными ими племенными васмами (метками) на колодцах и пастбищах. Когда стало ясно, что племена ал-мунтафик, бану ‘амарат и ал-зафир, следуя такому подходу к разграничению земель, целиком и полностью подпадут под юрисдикцию Ирака, Ибн Са’уд предложенную англичанами схему отклонил.

Нужно отметить, что сэр Перси Кокс, служивший политическим агентом в Маскате (1899–1904), а потом и политическим резидентом Британской империи в Персидском заливе, хорошо разбирался в межплеменных отношениях в Аравии, имел доверительные связи с шейхами многих влиятельных племен. Его по-праву можно считать профессионалом высокого класса, одним из самых талантливых, пожалуй, представителей британских колониальных властей в Аравии.

Поскольку никаких практических договоренностей относительно границ между Ираком, Трансиорданией, Кувейтом и уделом Ибн Са’уда достичь на встрече в Мухаммаре не удалось, то набеги ихванов на эти территории заметно участились. Складывавшаяся ситуация, подрывавшая безопасность в землях, находившихся под протекторатом Англии, требовала незамедлительного решения всего комплекса пограничных вопросов.

На территорию Кувейта в то время совершали набеги не только ихваны, но и участники конфедерации племен мунтафиков, обитавшие в Южном Ираке, на берегах Евфрата. Традиционно, зимой и весной, они откочевывали со своими стадами в земли Кувейта. Семейство Аль Са’дун, стоявшее во главе мунтафиков, утверждало, что они, дескать, — потомки Пророка Мухаммада, и принадлежат к шарифам Мекки, что отодвинулись в Месопотамию из Неджда, в начале XVI столетия[507]. Проживая там и управляя мунтафиками, оставались независимыми от турок до 1863 г., когда генерал-губернатор (вали) Багдада присвоил главе семейства Аль Са’дун титул каиммакама, и подвел их род с подвластными ему племенами под сюзеренитет Турции.