Кувейт. Мозаика времен полностью

Самир Шамма, юридический советник Министерства иностранных дел Саудовской Аравии и Нефтяной директории королевства, подсчитал, что в 1958 г. шейх Кувейта разместил на банковских счетах Лондона около 40 млн. фунтов стерлингов (уровень добычи нефти тогда составлял 71,05 млн. тонн/год; к 1960 г. увеличился до 80,57 млн. тонн). По оценке С. Шамма, к 1958 г. на счетах Кувейта в лондонских банках хранилось около 700 млн. фунтов стерлингов (цифра, приводившаяся англичанами, не превышала 240 млн.). Занижались официальным Лондоном, чтобы не привлекать внимание к Кувейту конкурентов, и показатели объемов торговли. По словам того же Самира Шамма, ежегодный доход Британии от торговых сделок с Кувейтом в 1958 г., к примеру, составил не менее 600 млн. долл. США, а по данным англичан — 200 млн. фунтов стерлингов. В 1950-е годы, замечает С. Шамма, все нефтяное оборудование и большую часть потребительских товаров Кувейт закупал в Англии[689].

Во время правления шейха ‘Абд Аллаха III был учрежден Кувейтский фонд арабского экономического развития (декабрь 1961 г.), с уставным капиталом в 50 млн. кувейтских динаров, что равнялось четверти тогдашнего годового дохода страны от экспорта нефти.

Фонд протянул руку помощи многим странам на Ближнем Востоке после обретения ими независимости. Шейхствам Договорного Омана, например, входящим в наши дни в состав ОАЭ, помог со строительством школ. Первая из них появилась в Шардже (1953), затем в Дубае, Ра’с-эль-Хайме, Умм-эль-Кайвайне, Фуджайре и ‘Аджмане. На безвозмездной основе в течение ряда лет Кувейт финансировал в этих шейхствах работу 12 школ. Обеспечивал их учебниками, школьными принадлежностями и приборами, питанием и школьной формой; оплачивал работу преподавателей и оказание медицинской помощи школьникам.

Многим арабским странам фонд выдал кредиты на осуществление проектов экономического развития. Первый такой кредит (в размере 7 млн. фунтов стерлингов, сроком на 15 лет, под 4 % годовых) предоставил Судану — на строительство железной дороги. Второй (в размере 7,5 млн. фунтов стерлингов) — Иордании: для выполнения работ по улучшению ирригационной системы. Кредитование этих двух стран явилось ответом Кувейта на позицию, занятую ими во время очередного кризиса в отношениях Ирака с Кувейтом, когда Судан и Иордания направили в Кувейт своих военнослужащих.

Шейх ‘Абд Аллах III поддерживал тесные торговые отношения с Индией. Часто посещал эту страну. Приобрел дворец в Бомбее, где останавливался во время своих неофициальных поездок. Установление отношений Кувейта с Индией восходит, к слову, к периоду правления шейха ‘Абд Аллаха I (1762–1812). При шейхе Мубараке Великом торговцы Кувейта основали в Индии первые торговые дома. Через них и осуществляли коммерческие сделки с купцами-индусами[690].

В 1950 г. личная охрана шейха состояла из 50 человек. Регулярные войска страны насчитывали в то время 600 чел. (1953 г. — 1000 чел.; 1961 г. — 2500 чел.). Обучали их британские и палестинские офицеры. В случае войны эмир в течение суток мог собрать и поставить под ружье примерно 3 тыс. мужчин-горожан и 2 тыс. бедуинов. В декабре 1953 г. Кувейт закупил для своей армии первые 10 легких танков, а в январе 1954 г. — 4 легких самолета[691].

Отношения Кувейта с Ираком, как и прежде, оставались натянутыми, и оптимизма в Доме Сабахов не вызывали. Время от времени из Багдада раздавались заявления, наглядно демонстрировавшие наличие у Ирака территориальных претензий к Кувейту. Так, в 1953 г. иракский министр обороны Джа’фар ал-‘Аскари заявил о «суверенных правах» Ирака на острова Варба и Бубийан (Бубиян), образовавшихся, дескать, из отложений грунта, вымытого в Персидский залив реками Месопотамии[692].

В структуре исполнительной власти при шейхе ‘Абд Аллахе III сложились три влиятельных центра силы, представленные шейхами правящей династии — ‘Абд Аллахом ибн Мубараком, Фахадом ал-Салимом и Джабиром ибн Ахмадом.