Кувейт. Мозаика времен полностью

Главными чертами бедуинов Кувейта Вайолет Диксон называет честь и достоинство, верность данному слову и беззаветную преданность роду и племени. Бедуины, говорит она, никогда не забывали ни проявленное к ним внимание, ни нанесенную им обиду[757]. Им нравились истории о «чужих землях и народах», о приключениях и всякого рода «диковинках и чудесах». Услышав однажды, по радио, передачу о работе метро в Лондоне, явились в английское политическое агентство и поинтересовались у Х. Диксона, как это умудряются, дескать, люди «сновать под землей на повозках». Объяснить нужно было на понятном кочевникам языке, используя образные, хорошо известные им и потому доходчивые сравнения. Все просто, ответил Х. Диксон, — так же, как тушканчики, которые прорывают под землей длинные проходы и снуют по ним, взад и вперед[758].

Кодексом жизни бедуина являлись обычаи, традиции и унаследованные от предков правила поведения в пустыне, — в семье и в племени, в шатре и на становище, у водопоя и на пастбище, на рынке и в торговой экспедиции в чужие уделы, в мирное время и в военное.

Сшибки с враждебными и соперничавшими племенами, увод у них домашнего скота и верблюдов во время газу считались поступками, достойными звания мужчины, ибо они демонстрировали лучшие его качества — мужество и отвагу, равно как и приобретенные им навыки воина и следопыта.

«Мужчинами не рождаются, а становятся», — часто повторяют поговорку предков в беседах с сыновьями кочевники Аравии. Настоящий мужчина, в понимании бедуинов, обязан защищать веру и отечество, честь и достоинство. Должен сторониться лести и клеветы, лености и злословия; контролировать язык и чувства; проявлять усердие в труде; быть честным и верным данному им слову. Ему надлежит блюсти чистоту тела и сердца, помыслов и поступков.

Настоящий мужчина это тот, поучают аксакалы своих внуков, кто питает отвращение ко лжи и неблагодарности, гордыне и тупости; кто выказывает почтение родителям и старшим; кто демонстрирует мужество и отвагу, любовь к свободе и родной земле; кто ценит преданность друзей. Марают мужчину, чернят его честь и достоинство, добавляют они, зависть и легкомыслие, и, конечно же, долги, даже если они не больше одного динара.

Человек умный, говорят бедуины, должен контролировать язык и чувства. Ведь недаром народная мудрость гласит: «Язык твой — конь твой. Не удержишь его — он тебя сбросит».

Дородность среди бедуинов, делится своими знаниями обычаев и нравов аравийцев-кочевников консул Российской империи в Багдаде А. Адамов, «считается уродством и преследуется насмешками»[759].

С началом нефтяной эпохи трудиться в городе уже не являлось для кочевника делом зазорным, но при условии неучастия в работах, запрещенных обычаями и традицией. Он не должен был, к примеру, подряжаться на работы, связанные с добычей и гашением извести, что и поныне считается у бедуинов «занятием нечистым». Рассказывают, что повстречал как-то раз, у городских ворот, шейх Мубарак бедуина с осликом, груженного известью. Каким-то внутренним чутьем узнал в нем члена племени ал-‘аджман. Остановился и напомнил ему, что мужчинам из племен «благородных» не пристало заниматься таким грязным делом, как гашение извести. Тот ответил, что для того, чтобы выжить, ему не оставалось ничего другого. Шейх Мубарак дал ему денег, но повелел покинуть город, и никогда не возвращаться в него, заметив напоследок, что бедуин чернит честь и достоинство своего племени.

В былые времена бедуин из «благородного» племени, перебиравшийся в город, предлагал свои услуги шейху в качестве гвардейца-телохранителя. Это не перечило правилам и кодексу чести жителя аравийской пустыни. Бедуин носил оружие, не занимался тяжелым трудом, принимал участие в войнах и газу.

Бедуин, селившийся в городе, пишет Захра Фрис, никогда не покидал своего жилища, не набросив на плечи бишт, аравийскую плащ-накидку. И сегодня, видя на горожанине-кувейтце бишт в летнее время года, знайте — человек этот из «благородного» племени, «араб чистокровный»[760].

У бедуинов, вспоминали дипломаты Российской империи, нет чувства времени. Если поговорка россиян гласит: не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня, то в аравийской пустыне считают, что не следует спешить с тем сегодня, что может подождать до завтра. Солнце восходит и заходит, говорят бедуины, день приходит и уходит. Все в этой жизни предначертано Аллахом! Спеши не спеши — все в руках Господа! Если есть какое-то дело, то его спокойно можно отложить на завтра.

Каждый семейно-родовой клан в племени имел знатока древа рода, а племя в целом — хранителя легенд и сказаний, а также толкователя обычаев и традиций предков. Как род, так и племя носили имена их прародителей.