Кувейт. Мозаика времен полностью

У каждого рода были свой боевой клич (тамга) и отдельный участок земли на племенном кладбище. Такой же боевой клич, но уже общий для всех родов, существовал и у каждого племени.

Среди известных семейно-родовых кланов Кувейта, из которых традиционно избираются шейхи проживающих на его территории кочевых племен, следовало бы назвать следующие: клан ал-Ша’лан в племени бану рувалла, клан ал-Хаззал в племени ал-‘амарат, и клан ал-‘Арай’ир в племени бану халид[761].

Шейх племени, ответит любой аравиец на соответствующий вопрос иноземца, — это «отец своего народа», живое воплощение мураввы, то есть человек, наделенный лучшими качествами бедуина, аравийский идеал мужчины.

По традиции предков, шейхов в племенах Аравии избирают из семейно-родовых кланов, стоявших у истоков образования племен.

Но чтобы возглавить племя, претендент должен доказать, поступками и делами, что достоин статуса вождя. Продемонстрировать, что обладает лидерскими качествами, «изворотливостью ума», силой духа и воли, и что ему сопутствует удача.

В прошлом шейха среди его соплеменников, встречавшихся путешественнику в пустыне, выделяли разве что ярко цветные седельные вьюки, то есть переметные сумы, васм (клеймо) его рода на оружии, да пучок страусовых перьев на копье.

Для того чтобы управлять «людьми стен и шатров», то есть горожанами, представленными коммунами торговцев, мореходов, ловцов жемчуга и рыбы, и кочевниками, двумя разными по нравам и наклонностям сообществами, требовались недюжинные способности. Потому-то правителями Кувейта из правящей династии Аль Сабах становились, как правило, личности яркие, авторитетные и уважаемые среди населения, оседлого и кочевого.

Шейх руководил перекочевками племени. Выступал арбитром во внутриплеменных спорах и тяжбах. Надзирал за соблюдением племенных обычаев и традиций. Представлял племя в сношениях с другими уделами и племенами, и от имени племени принимал почетных гостей. Объявлял войну и заключал мир.

Решения по сколько-нибудь важным для племени вопросам шейх принимал только на основании результатов их обсуждений с «седобородыми», то есть со старейшинами семейно-родовых кланов и родоплеменных колен.

При судебных разбирательствах шейх опирался на советы ‘арифов, то есть знатоков обычаев и традиций аравийской пустыни и родословных семейно-родовых кланов. Если соплеменник проигры вал дело и, будучи приговоренным к штрафу, не соглашался с решением, озвученным шейхом, то должен был незамедлительно покинуть племя.

Каждое племя, писал Буркхардт, помимо вождя и ‘арифа, имело еще и ‘акида (военачальника). Выступал им, как правило, шейх. Если же роль ‘акида исполнял другой человек, то во время военного похода шейх, наравне с другими воинами племени, беспрекословно повиновался приказам ‘акида.

Глиняные таблички с текстами, обнаруженные археологами во дворце ассирийского царя Ашшурбанипала (правил 669–627 до н. э.) в Ниневии, датируемые 650 г. до н. э., неоднократно упоминают о набегах на земли Южной Месопотамии «воинов-пустынников». Люди эти из «края песков», говорится в текстах, дорожат честью. Горды и независимы. Чтут мужество и отвагу. Занимаются разведением верблюдов. Отличаются выносливостью и терпением[762].