Кузнечики [=Саранча] полностью

Все замолкают. Даже Фредди. Жанна объясняет.

Жанна: Я имею в виду так, технически. Ваша мама…

Надежда: Моей мамы нет. Она умерла.

Всем как-то неприятно.

Жанна: Это ужасно. Такая молодая?

Надежда: Нет, она не была молодой. Она была вашего возраста.

Жанна принимает удар. Спокойно отвечает.

Жанна: Да. Бедняжка. Жаль, что вы так плохо о ней рассказываете.

Надежда: Я?! А что такого плохого я сказала?..

Все молчат. Милан пьет. Дада повторяет вопрос. На этот раз она адресует его Максу напрямую, как будто Надежды здесь нет.

Дада: Это ваша жена?

Жанна: Это его девушка. Его жена — я.

Милан уже на столько пьян, что может смеяться, сколько хочет.

Дада: Что?

Макс: Бывшая жена. Бывшая…

Жанна: Я прошу тебя, мне больше нравится слово «первая». Первая жена. Потому что была еще и «вторая», и «третья». Все они бывшие, а я первая.

Макс: Третья — не бывшая.

Дада: А, нет? Не понимаю.

Милан умирает от смеха. Онпьян.

Милан: Какая же ты глупая!

Дада с этого момента также как и Надежду, игнорирует Милана. Как будто он не существует, как будто она его вообще не видит. Если Милан что-то и говорит, Дада так владеет собой, как воспитанная дама, когда при ней, например, какая-нибудь сумасшедшая поднимет юбку и показывает трусы. Она просто над этим.

Дада: А у вас нет детей?

Макс: Мы были женаты совсем недолго.

Жанна: Семь лет.

Макс: Мы были молоды.

Жанна: Немного моложе, чем вы сейчас.

Макс: Карьера только начиналась.

Жанна: Его, а не моя.

Макс: Что ты этим хочешь сказать?

Жанна: Ничего. Только то, что сказала.

Макс: Ты хочешь сказать, что ты из-за меня осталась одна?

Жанна: Одна? Я совсем даже не одна!

Макс: А, да? Ты не одна? А как мамочка?

Жанна: Отлично. Сломала позвоночник.

Макс: Правда. Вот как.

Жанна: Да, так. Случилось. Из-за тебя.

Макс: Из-за меня. Перестань.

Эти вопросы Макса — в сущности и не вопросы вовсе. Поэтому кажется, что он ничего и не спрашивает.

Жанна: Она услышала, что ты женился в третий раз, и потеряла сознание. Упала с лестницы.

Макс: Мне очень жаль. Я пошлю ей цветы.

Дада: Третья, значит, она?

Она показывает на Надежду.

Жанна: А, нет.

Дада поворачивается к Максу. Ждет ответа.

Дада: Я ничего не понимаю.

Она действительно ничего не понимает. И сейчас Макс, человек, которому Дада удивляется, должен проявить себя или как ничтожество, или как мужчина. Он копит силы.

Макс: Нет. Надежда — не моя жена. Но сегодня она со мной.

Дада: Ах, вот как.

Милан: Теперь тебе понятно?

Дада молчит, как будто вообще его не слышит.

Милан: Может, тебе еще что-нибудь объяснить? Может, нарисовать? Можем объяснить, если ты что-то не понимаешь. Где, например, находится юг.

Дада не реагирует. Она ждет пока «сумасшедшая опустит юбку, чтобы не было видно трусов».

Милан: Или ты уже знаешь это? Знаешь?

Всем неприятно.

Милан: Давай, Дада, покажи нам всем, где находятся стороны света? Давай, если знаешь…

Дада медленно встает, осторожно, потому что она беременна. Мы думаем, что она собирается уходить. Но она откашливается и начинает. Она показывает, как всегда, стоя перед своей невидимой картой.

Дада: Восток — налево, запад — направо, север — вверху, а юг там, где ты в одном селе убил двух человек, бросил оружие и дезертировал из армии. Сбежал из отряда. И от четников, и от партизан.

Тишина. Никто не произносит ни слова. Дада садится. Милан начинает что-то мямлить.

Милан: Это была случайность… Несчастный случай. Так решил суд.