Габриэль, согласно досье, был из племени горцев, которое обитало в особой зоне. В горах, понятное дело, но суть в другом. Там было что-то типа большой пространственной аномалии, с комплексом атлантов, кстати. Правда, сам комплекс давно разрушен, от него остались одни руины, зато сохранились тропы в другой мир, где шла добыча всякого интересного. В досье всех подробностей не было, кое-что я нашёл в интернете, кое-что услышал от самого парня. Мне было интересно, почему, если там идёт добыча чего-то ценного, мешающих местных не вырежут под корень. Сомневаюсь, что это технически сложная задача. Причина была в том, что не всё так просто. Зона особая, и там сильно фонит. Обычный одарённый в защитном костюме пройдёт, но горцы имели естественный иммунитет. А ещё они отлично знали тропы, сами ходили за добычей и были надёжными поставщиками. Несколько лет назад там всех всё устраивало. Пока не сменилось начальство и это начальство не стало закручивать гайки для горцев. Атмосфера накалилась, и полилась кровь. Сам Габриэль пустился во все тяжкие, то есть наплодил боевых големов, после того как его старшего брата кинули за решётку. Кинули его, после того как он вступился за местную девушку, которую легионеры пытались изнасиловать.
Кто там прав, а кто виноват, я не знаю и судить не собираюсь. Доверия таким историям у меня никакого нет. Да и неважно это, потому что история закончилась. Поднялась знатная шумиха, проблему заметили на более высоком уровне, начальство сменилось, был заключён новый мир, и всё вернулось на круги своя. Габриэля же не расстреляли, а взяли, можно сказать, в заложники. Это смелое утверждение, конечно. Отправить учиться в престижный университет, на бюджетное место и при этом не контролировать каждый шаг — это на плен не тянет. С другой стороны, клятву верности империи он всё же принёс.
Это было небольшое вступление к тем причинам, почему мне так захотелось хлопнуть себя по лицу. Кого рисует воображение, когда речь заходит о горце, который в одиночку нагнул легион? А если это горец-великан? Лично моё воображение рисовало человека крупного, угрюмого, решительного и волевого.
Возможно, это так и есть. Когда дело касается защиты семьи. А вот когда речь заходила о девушках… Наш полувеликан был парнем робким, застенчивым и совершенно неискушённым в делах амурных.
Только слепой не заметил бы, что Даура ему нравится. И то, что она красивая, наш стесняшка сказал таким тоном, что мне стало стыдно и захотелось провалиться под землю. Будто под пытками выдал.
— Ты так считаешь? — снова закружилась Даура.
Шаль или, скорее, накидка из самой ночи взметнулась, усиливая эффект от её красоты. Всё. Нет больше нашего великана. Заклинило.
— Красотка, красотка! — влез наш полубог. — А та самая Блохина-то как погорячела!
— Пфф, — смерила Елена парня взглядом.
Подойдя, она чмокнула меня в щеку. Даура обогнула Габриеля и тоже чмокнула меня в щеку, с другой стороны. Вот же засранки. Губы специально, что ли, намалевали? Ещё и момент выбрали максимально неподходящий.
Михаил, как типичный человек, который не чувствует момента, скорчил похабную рожу и большой палец мне показал. Тимур посмотрел как типичный девственник, который в шоке от того, что кто-то может настолько нравиться девушкам. Габриэль, вполне возможно, уже начал продумывать новую идею каменного войска, чтобы перемолоть меня в труху. И только Ким сидел в стороне, смотря на всё это с невозмутимостью матёрого ниндзя.
Потрепать нервы окружающим — это всегда хорошо. Красивые жесты и подарки — тоже неплохо. Я об этом никому не скажу, но роль парня, который может так легко изменить жизнь двух девушек к лучшему, мне понравилась.
Только у окружающих было другое мнение относительно происходящего. Кого-то я бесил, а у кого-то вызывал серьёзные опасения.
Неожиданно меня вызвал Зануда.
— Товарищ Зануда, — вошёл я в кабинет и приложил кулак к сердцу, как в легионах. — Сержант Эварницкий прибыл!
— Почему сержант? — спросил этот плохо пробиваемый тип.
— А почему ты меня вызвал, а не Фёдор Михайлович?
— Потому что.
— Это не ответ.
— Так и ты не ответил. Впрочем, про тебя всё ясно. Как всегда, издеваешься, — окинул он меня взглядом.
— В этом заключается ответ и на мой вопрос. Тебя сюда назначили, потому что ты очень проницателен, — с серьёзным видом кивнул я.
— Сложный ты человек, Эварницкий.
— Человек ли? — пожал я плечами, присаживаясь в кресло напротив стола. — Если серьёзно, то что с Фёдором Михайловичем? Ты его совсем заменил? Или как теперь? Кому жаловаться-то теперь?
— Пожалуй, стоит и прояснить, — задумчиво сказал Зануда. — Фёдор Михайлович по-прежнему ваш куратор. Ваш — это вашей особой группы. Меня же назначили отдельно твоим куратором.
— Ах вот оно что. Теперь, когда меня снова убьют, в этом будешь виноват ты. Понятно.
— Нет, в этом будет исключительно твоя заслуга, но общий посыл ты уловил верно. Хотел бы сказать, что в ближайшее время тебя никто убивать не будет, но с тобой же ничего гарантировать нельзя. Поэтому знай, что храмы получили своё.
