Варвара бросилась ко мне, я метнул в неё шар. Тот взорвался светом, освещая ночь. Вампиры на самом деле не очень-то света боятся, скорее, не любят, но это смотря какой свет. У меня был особый. Вампирша вспыхнула, закричала и покатилась по земле. Я же подхватил Блохину, молот и запрыгнул на меч.
На ходу разбираться с чужими артефактами — удовольствие ниже среднего, но здесь мне повезло. Спасибо типизированным решениям даже в таких дорогих артефактах.
Наверху громыхнуло в третий раз. Я занервничал и подал энергию в артефакт, стараясь нащупать, где здесь педаль газа.
— Твою мать! — крикнула Блохина, которая могла, в отличие от меня, смотреть наверх. — На нас падает звезда!
— Всего-то?
— Всего-то!
Я наконец нащупал, как добавить скорости. Меч разогнался. Воздух засвистел вокруг нас. В этом не было никакого смысла, но двигался я в сторону поезда, и мы быстро пронеслись мимо него. Глянул с грустью на вагон, где лежали наши вещи. Мои-то ладно. Самое важное со мной. Блохина же вообще без ничего осталась.
— Дави-и-ид! Гони! — кричала Елена.
Я и гнал. Так быстро, как только мог. Мы разогнались километров до ста пятидесяти, когда сзади жахнуло. Я этого не видел, но воображение живо нарисовало, как заряд вошёл в землю, вспучил её, и силовая волна разошлась в стороны. Мы продолжали набирать скорость, удаляясь от эпицентра, но всё равно я ощутил спиной жар, а когда что-то толкнуло меня в спину, едва удержал равновесие.
Когда буйство сзади прекратилось, я взмыл в небо, притормозил и огляделся. Позади нас, там, где находился поезд, сейчас полыхал самый настоящий кратер.
Кажется, кого-то на небесах я сильно довёл, раз он пошёл на такие меры.
— Лучше бы я сошла с поезда, — сказала Елена.
— Да ладно, весело же было, — хмыкнул я. — Смерть, насилие, поцелуи, обнажённая одногруппница.
— Ага. Очень, — сказала она спокойным тоном. — Я ещё никогда не была настолько близка к смерти.
— И как ощущения? — спросил я с интересом.
— Хочется сделать какую-нибудь глупость.
Какие глупости могут прийти в голову молодой девушке, неискушённой в любви, если она пережила яркое впечатление в компании проклятого бога, тоже не особо искушённого в любви, когда он удерживает её на руках, в небе, на фоне пылающего кратера?
Поэты называют это — промелькнула искра.
Будь я более циничен, назвал бы это поцелуй, попытка номер три. И знаете, попытка удалась.
Где-то в складке пространства и времени один старый атлант, которого свои же прозвали Великим Плетельщиком, довольно потёр руки, наблюдая за последствиями.
Одна из ставок сыграла как надо. Боги не выдержали и нанесли удар по наглому мальчишке. Чем атлант и воспользовался. Отправив свой подарок в брешь. Результата он не увидел глазами, но этого и не требовалось. Старик знал, что его подарок оценили по достоинству.
Женщины хуже гильотин. Если вас приговорили, то от последнего хотя бы есть шанс отбиться.
Вот о чём я думал, когда Елена оторвалась от моих губ и сообщила, что наверху вообще-то холодно.
— Что делать будем? — полюбопытствовала она тоном девушки, которая вышла с парнем на променад вдоль набережной.
— Ты настолько приняла происходящее, что полностью расслабилась?
— Ага, — беспечно ответила она. — Иначе как такое выдержать?
— Толика здравого смысла в твоих словах есть.
— Толика?
Я ничего не ответил, развернул меч и снова набрал скорость. Были разные варианты, в какую сторону лететь, но я не стал усложнять и всё же проследовал в ту сторону, куда мы направлялись. Летели мы так быстро, что вскоре догнали поезд, от которого нас отсоединили, перегнали его и добрались до ближайшего городка. Ночью было сложно понять, насколько крупный это населённый пункт, но путём коротких переговоров, связанных с пуганием граждан, где ближайшая гостиница, я узнал.
То, что летим в гостиницу, Елена приняла абсолютно спокойно. Словно почувствовав моё внимание, тихо произнесла:
— Готова убить за горячую ванную.
— Смотрю, ты вошла во вкус.
— С кем поведёшься…
Небольшая заминка вышла уже в самой гостинице. Мы нашли лучшую, как нас заверили местные. Пять звёзд на вывеске намекали, что какой-никакой сервис здесь имеется. Что влекло и другие проблемы.
Моя одежда была потрёпана и залита кровью. Не только моей. Так-то на меня что-то и с демонов налипло, когда отбивался, поэтому… Нет, вот об этом я точно думать не хочу. Обозначу лишь, что Блохина была в рваном платье и моей рубашке, заляпанная грязью. Я же… Ну, уже сказал, как выглядел я. Ещё с мечом летающим и молотом.
Поэтому наше появление произвело фурор.
— Номер, лучший, — угрюмо сказал я, подходя к стойке.
— Вечер… добрый, — с запинкой произнёс мужчина.
